Сделка с джинном

Артефакты, хранившиеся под стеклом, выглядели обычными предметами. Может, те, кто обладает магическим чутьем, чувствуют исходящую от них могучую силу? Я видела лишь потрепанные книги, старые шкатулки. На вытертой от времени бархатной подушечке лежало что-то напоминающее детскую деревянную погремушку. А вот обломок сухой ветки. Неужели это и есть ветвь Изначального Древа? Патрик был бы разочарован!

Но где же кувшин? Я вышла из оцепенения и двинулась вдоль стен, всматриваясь в экспонаты. Питер прогуливался у противоположной стены.

— Если найдешь медный кувшин — дай знать!

— Медный кувшин, — моментально откликнулся Питер.

Нашел его? Как быстро! Я бросилась через зал к напарнику, застывшему перед отдельной витриной в половину человеческого роста. Пространство внутри витрины занимал один-единственный предмет, кувшин.

Я представляла его кувшином для вина, а он скорее напоминал вместилище для духов или масла, так как оказался совсем небольшого размера: с ладонь величиной. Тем лучше — легче спрятать.

Я опустилась на корточки, рассматривая артефакт. Складывалось ощущение, что сначала это действительно был флакон для масла — достаточно тонкой работы, украшенный затейливым узором. Вот только с одного боку медный узор искривился, когда неведомый мастер вытиснил на металле бабочку. Она казалась чужеродным элементом и будто бы была нанесена в последний момент.

Бабочка! Я тайком приподняла рукав, чтобы посмотреть на браслет. Снова бабочка. Почему?

По крайней мере сомнений не осталось, это тот кувшин, который мне нужен.

Да только как его умыкнуть на глазах у Питера? Одно дело пробраться в закрытый музей — это всего лишь озорство. И совсем другое — совершить кражу.

— Как было бы здорово подержать его в руках! — сказала я, невинно хлопая глазами.

Питер присел рядом на корточки, мы оказались нос к носу. У него симпатичный нос! И губы…

Ви, о чем ты думаешь!

Питер глядел не на витрину, он смотрел на меня. И я, забыв на время об артефакте, завороженно смотрела на парня.

Он ведь не собирается меня поцеловать? Пусть только попробует! Мы знакомы не дольше часа. Хватит с меня Адриана и его отвратительного собственнического поцелуя.

Но мне почему-то кажется, что Питер не стал бы давить. Лишь слегка коснулся бы губами моих губ, будто бы спрашивая разрешения.

Не иначе, на меня так влияла таинственная атмосфера этого места. И острейшее одиночество оттого, что не было рядом ни одного плеча, к которому можно прислониться.