Жена Его сиятельства

— О да, дорогая, — довольно улыбнулся лорд Норрей. — А теперь вот так, — и он потянул завязки ее панталон. Настойчивая рука оказалась внутри, коснулась мягких курчавых волосков, слегка погладила их и скользнула глубже. — Однако вы не так холодны, как пытались изображать, миледи, — граф довольно усмехнулся. Он всегда знал, что под внешностью добропорядочной леди скрывается настоящий огонь. И эта девчонка пыталась его обвести? Глупышка. — Ну же, Джули, не сдерживайте себя.

Палец проник в узкое лоно и принялся исследовать его, вскоре к нему добавился второй, а Норрей пристально наблюдал за лицом жены.

Джулия вновь прикрыла веки и закусила губу, пытаясь выровнять сбивающееся дыхание, но это не помогло. Граф точно знал, что она сейчас испытывает. Еще бы! Тысячи невероятных ощущений зарождались у девушки внутри, лишая воли и гордости, заставляя желать чего-то неизвестного, мощной волной скручивающегося внизу живота.

Норрей с интересом следил за сменой эмоций жены. Стыд, просыпающаяся чувственность, томление, возбуждение.

Отлично! Все, как он и предполагал. Его супруга — горячая штучка! Джулия чуть застонала, подавшись к его руке. Она была не в силах сопротивляться изощренной ласке.

— Тш-ш, дорогая, не так быстро, — довольно шепнул он. — Медленнее, вот так.

Норрей слегка повернул руку, вырывая из уст жены тихий всхлип.

О да, граф Уэнсфилд не зря когда-то слыл одним из самых искусных любовников Лондона! Самодовольная усмешка коснулась тонких губ. Он знал, как пробудить потаенные желания женщины.

Сейчас Джулия была полностью в его власти. Притянув жену к себе, он высвободил из корсета упругую грудь и сжал один из сосков. А его пальцы все продолжали свою искушающую ласку, ни на минуту не оставляя в покое жаркую глубину между бедер жены. Взгляд графа скользнул по телу Джулии, медленно прошелся по комнате и остановился на старинном зеркале, угрюмо сверкающем позолоченной рамой в темном углу спальни. Норрей вздохнул и распустил стянутые в узел волосы девушки. Яркие рыжие пряди рассыпались по ее плечам, и Норрей довольно улыбнулся, заметив, как поверхность зеркала подернулась рябью. Что ж, его усилия не пропали даром. Дело осталось за малым.

Он размеренно подводил жену к разрядке, не отрывая глаз от старинной рамы и довольно вслушиваясь в тихие стоны Джулии. А та совсем потерялась в незнакомых ощущениях. Девушка тяжело, надсадно дышала, полностью отдавшись в его власть, и тихо постанывала, в такт непрекращающимся движениям.