Измена. Осколки моей души

Между нами завязалась борьба, во время которой, князь упорно подталкивал меня к стогу, пока не подставил мне подножку, повалив в сено, после чего навалился на меня сверху.

— Хелен, не будь такой не приступной. Пожеманилась и хватит. — шептал он, пытаясь поймать мои руки.

— Пусти немедленно! Я буду кусаться!

— Ооо! Я не против перейти сразу к более жестким играм.

— Я закричу!

— Несомненно, но чуть позже.

— Да пустите же!!!

И тут раздался глухой удар и Леонардо обмяк, придавив меня словно мешок с картошкой.

— А говорила немощный, — главный пахарь пихнул князя ногой в бок.

— Кто бы мог подумать, а, ведь, так хорошо притворялся! — я поднялась, стряхивая с себя сено.

— Сразу он мне не понравился. — сплюнул Гордей. — Может его того, в мешок да в озеро кинуть.

— Не надо! Подумаешь, оступился один раз человек, а ты его сразу в озеро.

— Да, если бы один. Я-то вижу, гнилая у него натура!

— Не нам его судить. Я тут посижу, подожду пока он в себя придет, а то, может он и без мешка уже душу отдал.

— Добрая ты девка, Еля. Ну смотри, коли не боишься, посиди. Но, ежели придет в себя, передай ему, чтобы духу его здесь больше не было.

Пахарь ушел, я потрогала пульс на шее поверженного любовника, вроде живой. Уселась поудобнее в сторонке и стала ждать. Где-то через пол часа, Леонардо застонал и открыл глаза.

— Что случилось?

— Это вам, светлейший, страсть в голову ударила.

— А шишка тогда откуда? — обиженно спросил мужчина, аккуратно прощупывая больную голову.

— От лопаты.

Я вас, князь, предупреждала, что осторожнее надо быть. Вы тут работник новый, за вами приглядывают. Деревенские не любят, когда пришлые девок портят.

— Да кто б их спрашивал, что они любят! Я князь, а меня лопатой! — Леонардо покраснел от гнева.

— Скажите спасибо, что совсем не пришибли. Вас уже хотели в мешок, да в озеро. Можно сказать, еле отстояла.

— Это что за басурманские нравы! Дикость просто, живого человека, дворянина, в озеро!

— Так если вы дворянин, то и ведите себя по-дворянски.

А раз обрядились деревенщиной, то будьте готовы за свои поступки отвечать.

— Все, конец этому маскараду! Нет больше моего терпения.

— Это правильно. Уезжать вам надо. Гордей сказал, коли еще раз увидит, вместо лошади в плуг впрягать станет. Боюсь, не протяните вы долго.

— Что?! В плуг! Да вы совсем тут обезумели! Лихой вам в голову ударил. Дарен совсем своих людей распустил, чтобы князя в плуг впрягать…

— Так никто ж не знает, что вы князь.