Дракон с отрезанными крыльями

Не целитель, не наставник, а именно друг. Значит, не только Кайя относилась к Дарре с такой нескрываемой любовью. Значит, он и другие детские сердца сумел завоевать в столь короткий срок. С ума сойти! Да как же она так ошиблась в нем?

Приладка гамаков делом оказалась несложным и больших физических усилий не требовала. Однако Айлин раз за разом бросала незаметный взгляд на работающего Дарре, получая неожиданное удовольствие от его уверенных действий, от того, как он накручивал на ствол дерева веревку, как с силой завязывал узлы – во всем этом было что-то такое мужское и завораживающее.

Айлин никогда в жизни не наблюдала столь же внимательно за отцом и уж точно не млела, глядя на его руки. А на руки Дарре хотелось смотреть бесконечно и вспоминать, как вчера…

– Как здорово! – Кайя, усевшись в один из гамаков, раскачивалась и радовалась, как маленькая. – Вот бы и дома у нас… у вас, – тут же поправилась она, – такой сделать…

– У нас, – улыбнулась Айлин и пристроилась рядом с ней. – Не нужно бояться, что я на это рассержусь.

Не такое уж я и чудовище, на самом деле, каким меня, наверное, описывали.

Кайя удивленно захлопала глазами.

– Я… не понимаю… – начала было она, но приблизившийся Дарре не дал ей договорить. Без объяснений вынул Кайю из сетки и отправил накрывать на стол. Потом обернулся к Айлин. Прищурился, так что у нее засосало под ложечкой.

– Никто не считает тебя чудовищем, – довольно жестко сообщил он. – И никто не распускает сплетни. Так что уймись, ради Ойры, если не хочешь сама себя в лужу посадить.

Айлин вздрогнула, поняв, что он совершенно превратно истолковал ее слова, и попыталась встать, чтобы все объяснить, но не тут-то было. Гамак под ее весом оттянулся назад, подняв и так не достающие до земли ноги, и Айлин почувствовала, что еще секунда – и она выпадет из него, плюхнувшись прямо к башмакам Дарре. И она даже успела представить себе картину, как он презрительно отодвинется от нее после подобной оплошности, но тут гамак замер, вернулся в исходное положение, и Айлин, приоткрыв глаза – и когда она только умудрилась зажмуриться? – увидела перед собой протянутую руку.

Не думая, не мешкая, вцепилась в нее и только теперь смогла выдохнуть.

– Я вовсе не хотела обидеть, – пробормотала она, не выбираясь из сетки, но и не отпуская руки. – Разве что себе напомнить…

– Зачем? – поинтересовался Дарре, и Айлин вдруг поняла, что он рассматривает ее руку в своей. Чуть не задохнулась от накрывшей нежности. – Так никогда не сможешь начать заново.