Дракон с отрезанными крыльями

– Ты же сама в это не веришь, – сказал он непонятную фразу, но это помогло отправить женщину из комнаты. Потом он снова вернулся к Дарре. – Я тоже был драконом, – твердо и очень убедительно проговорил хозяин. – Лиловым – отсюда и кличка. Пять лет жил в Долине, потом мы с матерью попали в ловушку, и ее убили охотники. А меня нашла и усыновила женщина по имени Айлин. Так что опасаться тебе меня не стоит. Слишком хорошо я помню, каково быть драконом в человеческом обществе.

Дарре хмыкнул, не сдержав эмоций. Энда с ним, с его положением! Что этот трепач мог знать о его жизни? Пусть даже не лгал сейчас, какое имел право делать вид, что понимает? Где он и где… Дарре?.

.

Кажется, все мысли настолько явно отразились на его лице, что хозяин мигом распознал их. Покачал головой.

– Цирковым драконом, согласен, не был, – будто оправдываясь, продолжил он. – Но на эшафоте по ложному доносу стоял. И, если бы не Ариана, меня бы еще треть жизни назад камнями забили. Она пожалела, вытащила. Потом в этот дом привела.

Много ей пришлось из-за меня вынести, и незаживающие девять лет раны с драконьим ядом еще не самое плохое. Так что не стоит смотреть на нас как на зажравшихся хозяев и ждать с нашей стороны подлости. Не будет ее.

Ох, как Дарре хотелось, чтобы все сказанное оказалось правдой. Чтобы его действительно выкупил нормальный человек – ну должны же быть среди людей нормальные! – которому чужды кровожадность и измывательства, и чтобы…

Что?

Он отпустил его на волю? Так Дарре знал, что там его ждет.

Поймают в первый же день и добро, если просто убьют. А если снова… по кругу… Он же ни убежать, ни защититься не сможет – с корежащей болью в образе ящера. Да лучше бы в этой кружке яд был, чтобы оборвать все раз и навсегда. И мучения свои забыть, и уродство, и… рыжую девчонку-предательницу…

Дверь открылась, впуская хозяйку с миской в руках. Помои у свиней забрала? Ну давай, ставь на пол, Дарре сползет – голод не тетка! – похлебает, повеселит. Не ждать от них подлости!..

От миски шел сладковатый, одуряюще приятный запах – Дарре такого никогда в жизни не чувствовал.

Желудок тут же свело от боли: когда он ел в последний раз, и не вспомнишь. Ну, пожалуйста, ну, хозяин же обещал…

Хозяйка взяла из миски какой-то крохотный ковшик и, набрав в него еды, оправила себе в рот. Дарре даже затрясло: она… она при нем хочет все съесть? Чтобы он на это смотрел?..

Хозяйка изменилась в лице, и Дарре был уверен: из-за того, что она почувствовала его ненависть.