Дракон с отрезанными крыльями

И Дарре почти представлял, как будет звучать его имя из ее уст…

Да только не мог он его сказать. Как бы ни хотел, как бы ни старался. Тут и жестами не поможешь.

– Давай по буквам, – предложила Ариана. – Я буду называть их по порядку, а ты на правильных кивай. Хорошо?

Дарре глубоко вздохнул, не зная, что делать с заскребшейся в груди радостью. И даже мысли не возникло, что людям нельзя доверять и что они могут использовать имя для новых оскорблений. Отчаянно хотелось поверить крепнувшей надежде. И улыбке Арианы.

Ей не пришлось долго гадать: всего пять букв, две из которых одинаковые, – и вот уже Ариана осторожно, будто в чем-то сомневаясь, выговорила:

– Дарре?

Создатели, это было в тысячу раз лучше, чем он мог нафантазировать.

Ариана словно приласкала этим словом. И пусть через секунду сумасшедшие мечты разобьются о реальность, Дарре уже никогда не забудет этого ощущения, от которого на самом деле хотелось жить.

– «Ночной всполох»? – уточнил значение Лил. Дарре кивнул и тут же отвернулся, закусил губу.

Угу, всполох. Отполыхался. Дыра только осталась. Чтоб не зарывался.

– Дарре, – повторила Ариана и улыбнулась. – Как хорошо, что драконы не забывают старые имена: они такие чудесные. Мужа у меня на самом деле Вилхе зовут, и сына мы этим именем назвали. Он невероятно гордится…

Она еще что-то говорила, но Дарре от облегчения и непривычной сытости вдруг невыносимо захотелось спать. Он мужественно пытался бороться со сном, но тот одолел, окутав мягким чистым одеялом, пахнувшим руками Арианы. Дарре дышал и не мог надышаться.

Так же, наверное, пахнут руки у матерей – тех, что не бросают своих детей, а любят их и заботятся, и глядят по голове, когда те спят, шевеля волосы и согревая дыханием…

– Так не хочется будить, – Арианиным голосом сказала во сне мама, и Дарре вздрогнул, в секунду осознав, кто он и где находится. Подскочил, едва не снеся миску и не уронив лавку, и уставился на чуть испуганную Ариану. Сжал кулаки, не зная, как быть. Неужели она на самом деле пыталась его приласкать, или ему это просто привиделось? Но тогда почему она так близко и почему стискивает руки на груди?

– Прости, – Ариана попыталась улыбнуться, но на глазах дрожали слезы, и Дарре окончательно смешался.

Загнал поглубже панику, чтобы не выглядеть совсем уж диким зверенышем. И так Ариану напугал. Вдруг она решила, что он напасть на нее хотел? Он же обещания еще так и не давал. – Но ты же умаешься здесь за ночь. Лучше на кровать пойти.

Дарре кивнул и зачем-то посмотрел на Лила.