Дракон с отрезанными крыльями

А для тренировки и он сойдет. Тем более что для него это был вообще единственный шанс хоть раз в жизни девушку поцеловать. Кто в здравом уме таким, как он, заинтересуется? Так что Айлин еще и одолжение ему сделает…

Зачем она искала себе оправдания, Айлин тогда не понимала, но упорно продолжала это делать. Зато потом те же самые вещи позволяли хоть как-то себя простить и дать надежду все исправить. Впрочем, то, чем закончилось испытание, уничтожало и ее. Зарвавшаяся, бесстыжая, безмозглая соплячка!

С трудом удалось застать Дарре одного: обычно его всюду сопровождали либо Вилхе, либо Ана, что тоже не раз и не два было поводом для насмешек Айлин над кузенами-наседками.

Признаться, в глубине души она даже надеялась, что, не дождавшись подходящего момента, подруги переключатся на следующую жертву, однако боги тоже захотели позабавиться.

Айлин помнила все какими-то урывками – словно картинками из прошлой жизни.

Зелень леса. Высоченные сосны. Кусты малины с крупными ягодами на ветках.

Дарре в льняной рубахе и грубых штанах.

Айлин шагнула вперед с бешено стучавшим сердцем и почти слышимой молитвой о том, чтобы прямо сейчас из леса выскочили кузены, или чтобы Дарре, увидев ее, выругался и скрылся за деревьями, или чтобы солнце перестало светить и боги захлопнули этот мир…

Но Дарре только обернулся на звук ее шагов и поймал взгляд: слишком серьезно, слишком странно, слишком… неправильно…

Айлин шла к нему, словно завороженная, не в силах остановиться и желая только скончаться прямо на этой поляне от разрыва рехнувшегося сердца.

Ойра милосердная, да если бы она знала, что все будет именно так, сотню раз отказалась бы, и плевать на мнение подруг: себя-то она потом как собирать думала?

Неровный вздох – кажется, обоюдный. Напротив друг друга – слишком близко для врагов, слишком далеко для любовников.

Тонкий, едва уловимый незнакомый запах, разом вскруживший голову. Айлин перестала что-либо соображать. Чуть подалась вперед, потянулась к Дарре…

И почувствовала его губы на своих губах…

Первый поцелуй – словно единственный в жизни.

Дарре касался ее губ так нежно, так чутко, что хотелось плакать и ликовать одновременно. Айлин вцепилась ему в рубаху, чувствуя, что ноги ослабели, и ощутила его пальцы у себя в волосах.