Мир разбитых надежд

Драко прислушался и открыл глаза. Единороги остались позади, и он облегчённо выдохнул.

Гермиона, Пэнси, Тео и Крюкохват ждали перед долиной. Драко слез с лошади и подошёл к воде, покрытой белыми лилиями. За одной из них он прибыл сюда три года назад. У берега стояли ивы, а за водой виднелся остров, с которого никто никогда не возвращался.

Кроме тебя, Драко.

Мягкий воздух ласкал кожу, и боль в плече утихала. На правой ладони красовался ожог, оставленный палочкой Пэнси.

— Это тебе на память, чтобы меня не забывал, — сказала она, убедившись, что ожог не помешает, но и не позволит забыть о себе.

В её глазах он снова увидел всё тот же страх потерять его.

Три года назад, когда она нашла его тут, полумёртвого, ведьмы её прогнали. Но она всё равно ждала его целый год на берегу, пока он был на острове, забыв обо всём, и о ней тоже. И вот теперь она снова осталась. Гермиона стояла рядом и даже Тео смотрел ему вслед.

Отыскав лодку, Драко переправился через реку. Он коснулся медальона, висевшего на его шее. Внутри него лежал лепесток, который он сорвал в тот день, когда покинул Красную Ведьму.

Лепесток делал его невидимым для неё, лишал тела, которое она так полюбила. Она сама подсказала ему этот способ. Тем, кого любят, ведьмы выдают все свои секреты. Во сне. Нужно только уметь правильно спрашивать.

Лепесток скрывал его и от остальных ведьм тоже. Пряча лодку, Драко заметил троих. Они стояли в воде, распустив свои длинные волосы. Но Миранды среди них не было. Он радовался, что его не замечают, ведь всем было известно, что ведьмы заманивают мужчин в свои сети и превращают их в рыб.

Уже скоро ему на глаза попались сплетённые сети, натянутые между деревьями. Ведьмы спят под ними, поэтому лучше места, чтобы дождаться Миранду, Драко придумать не мог.

Её называли Красной Ведьмой. Впервые он услышал о ней от пьяного постояльца трактира Дамблдора. Его друга она заманила в свои сети. Но мало кто видел её или её сестёр вживую. Многие считали их остров островом мёртвых. Однако ведьмам не ведомы ни болезни, ни смерть.

Красная Ведьма считалась сестрой Тёмной только потому, что обе они — ведьмы. Никакого кровного родства быть не могло.

Едва глаза Драко привыкли к темноте, он различил силуэт Миранды, спящей под сетями. Она совсем не изменилась. Длинные рыжие волосы вились и контрастировали с её зелёными глазами. Как она прекрасна! Слишком прекрасна для человеческих глаз. Не тронутая ни временем, ни тленом, что время несёт.

Драко снял медальон и положил к ней на ложе.