Драконьи осколки. Часть 2

Поэтому прошу платить мне каждую неделю. Если вдруг я пропаду – сможете оставить деньги себе.

– Это выполнимая просьба. Я мог бы платить вам и каждый день.

– Нет, я не хотела бы доставлять вам хлопот.

– Какое же второе пожелание?

– Я стану работать утром и до времени, когда солнце достигнет вон той башни что в тени скалы.

Я кинула взгляд в сторону крепости, которую было отлично видно из окна.

– И еще… я буду работать с закрытым лицом.

Последнее мое условие вызвало недоумение.

– Так велят мне мои Боги и данный мною обет.

Видимо найти рисующих в Дрэйктурре действительно было непросто – работа у меня все же появилась.

***

Мне многое довелось узнать об амулетах. В то время, когда не было посетителей Эйлир самоотверженно посвящал меня в тайны своего ремесла. Травы и дерево, камни и различные не столь привлекательные материалы – многое шло в создание амулетов.

Мне приходилось работать с деревом.

На следующий же день я явилась в лавку без иллюзии скрытая капюшоном и платком на нижней части лица.

Накидка из плотной бледно-зеленой ткани спасала меня от разоблачения. Я радовалась тому что буду рисовать, а после мне не придется терпеть последствия магического похмельного синдрома.

Я рисовала десятки символов на пряно пахнущих плашках, попутно пытаясь запомнить их значение.

Через три дня торговец амулетами решился вернуться к своему любимому занятию и продолжил рисовать.

Мне хорошо размышлялось за неспешной ручной работой.

Я думала об Акселе и о том, почему он еще с нами.

Он явно находился в Дрэйктурре из-за меня – я не верила, что после битвы с магами во дворце он не смог бы найти себе безопасное пристанище. Нет, ему нужна была я. А он нужен мне. Но он не спешил открывать свои тайны. Я выжидала – не знаю чего. Возможно подходящего случая, который определит мой путь и сдвинет мою нерешительную натуру с перекрестья дорог.

Орхэйн не спрашивал меня о том, куда я отлучаюсь – и я была благодарна ему за это.

Мне нужна была свобода.

Через неделю я получила свои первые монеты за труд. Оплата была невелика, но легла тяжестью в тайный карман. Я ликовала: снова мне удалось доказать самой себе, что я прокормлю себя без магии и высокого положения. Теперь я была не только бардом, но и искусным художником.

Омрачало мою радость отсутствие вестей от Адайна Бейнона и мастера Рата.

Это было не хорошо, ой, как не хорошо.

Протрудилась я несколько недель.