Шиза. История одной клички и Шиза в квадрате

Включился свет. В дверном проёме стоял Антип, прижимая к груди обмотанную полотенцем руку. К стене напротив был прислонён прямоугольник зеркала: «Это что ж, меня собственное отражение в зеркале чуть не сделало заикой! Какой придурок ставит на кухнях зеркала?!» Антип, нисколько не удивляясь тому, что невеста сидит под столом, уныло сообщил охрипшим голосом: 

– Я его отогнал. Порезался вот. Пойдём отсюда быстрее, пока он не вернулся!

        В половине пятого утра по пустой предрассветной улице они спешили в ободранную Антиповскую берлогу, что бы вволю отоспаться рядом с пропитанным древними отложениями ложем Валика, и передохнуть от утомительной «брачной» ночи.

Пожалуй, это было самое приятное из всех событий последнего времени.  

Глава 18 Помянем

Хранить злобу – всё равно, что позволить кому-то,

кого вы не любите, безвозмездно проживать в вашей голове…

Из комментариев к Торе

Утром несостоявшийся супруг повёз Янку в училище, чтобы взять законное освобождение от занятий на три дня «в связи с похоронами близкого родственника».

Не сопровождал, а именно повёз на руках. На Янку навалилась такая слабость, что головы не повернуть. Язык непослушный, толстый. Всё время спать хочется, а уснуть не возможно ни днем, ни ночью…

Одногруппники восприняли Антипа – хуже некуда. Все, даже обычно лояльный ко всем мужчинам Шмындрик. Смотрели молча, с расширенными от ужаса глазами, как научный симпозиум на прооперированного профессором Преображенским Шарикова.

Они ж его не видели никогда. Впечатлений, наверняка, хватит теперь надолго. Антип же додумался с самым серьёзным видом представиться Янкиным мужем!

От потрясения быстрее всех оправился неутомимый Цесарский, так как тут же вернулся к своему нормальному состоянию и стал изощрённо изгаляться. Он нарочито почтительно пожал Антипкину руку и без тени улыбки (это ж надо такую выдержку иметь!) заявил, что теперь неделю эту руку мыть не будет, гордится мол, что с таким важным человеком знаком, которому САМА себя беззаветно доверила!

Антипу изощрённые издёвки были невдомёк.

От такого льстивого «реверанса» тот вовсе «поплыл» и пригласил на поминки всю группу. «Придём, обязательно! Святое дело! Как не прийти. На свадьбу не удостоились, так хоть помянем, дружно, по-человечески…» – не меняя приторно-сладкой интонации в голосе, пообещал подлый Цесарский.

От стыда Янка не могла из себя слова выдавить.