Динамическое равновесие

Муж подавился конфетой.

- Просто вы тяжелый… с виду… нет, не в том смысле, что толстый… Большой… крупный… ну вы поняли, да?

- Понял, - откашлявшись, сказал супруг.

Больше говорить было не о чем, и Люта, сунув леденец за щеку, попыталась сосредоточиться… получалось не очень хорошо. Еще и муж рядом… сидит, сопит, поглядывает искоса, то на Люту, то на часы. А она не виновата, что не умеет сосредотачиваться быстро.

Был, правда, один способ, который всегда помогал.

- Леди… вы поете?

- Напеваю.

- Гимн?

- Да…

- Зачем, позвольте спросить? – супруг сунул жестянку с леденцами под перину.

- Морально готовлюсь, - Люта поерзала. – Мама говорила, что нужно очень хорошо подготовиться морально, и тогда все пройдет как надо. А… что, вам сильно мешать будет?

И не удержавшись, добавила:

- Вы же музыку любите.

Муж поднял с пола ошметки ночной рубашки и, зачем-то сунув их под подушку, предложил:

- Леди, давайте спать.

- Уже?

Она еще настроиться не успела.

- Просто спать, - муж произнес это уставшим голосом.

– Вы на левой стороне, а я на правой. Или как там хотели?

- А долг?

- Боюсь, что исполнить супружеский долг под гимн я не сумею. Слишком торжественно.

- А… а как тогда?

Он только рукой махнул, а уточнять, что сей жест значил, Люта постеснялась. Она подобрала одеяло и, устроившись на своей половине кровати, завернулась в него.

И подушку подвинула подальше от центра.

- Свалиться не боитесь? – желчно поинтересовался супруг, впрочем, сам же устроился на краю.

Отвечать Люта не стала.

Ну его…

Проснулась она от холода.

Одеяло исчезло, а подушка, под которую Люта попыталась спрятаться, явно была маловата. Люта зевнула и села. Огляделась.

Понятно.

Одеяло лежало на полу, но со стороны мужа, который, презрев заключенный накануне договор, вольготно расположился поперек кровати. Он лежал на спине, широко раскинув руки, и спал.

Люта осторожно прикоснулась к мужу пальцем.

Точно спал.

И не шелохнулся… а теплый… и симпатичный, во всяком случае с левой стороны, правую она как-нибудь в другой раз рассмотрит.

Совесть, которая, несмотря на матушкины уверения, все же имелась у Люты, слабо шепнула, что неприлично вот так разглядывать голого мужчину, даже если он муж.

Но интересно же!

Она до этого момента голых мужчин видела исключительно в учебнике по анатомии, который стащила у дорогого братца. С живым экземпляром всяко интересней.

И вообще, Люта не пялится, а изучает.

Исключительно в познавательных целях.