Девушка для Монстра

Только галстука и не хватает. Не то что она сама: запыхавшаяся, пропотевшая насквозь, футболку с шортами хоть выжимай.

Динка кивает в качестве приветствия, но Станислав не обращает на неё внимания. Равнодушно скользит взглядом дальше, словно что-то ищет в пустом зале или, может, просто ждёт, когда Александр окажется в шаге от него. Затем обрывисто интересуется:

- Отчёт сдал?

Александр кивает и что-то тихо говорит, но разобрать слова уже не получается.

Во рту сухо словно в пустыне. Динка пытается сглотнуть и почти слышит шуршание песка в пересохшем горле.

И хотя ей интересно, что за внезапные тайные разговоры, на которые её подчёркнуто не позвали, но отсюда всё равно ничего не слышно. Так что она не сразу, но всё-таки сдаётся и идёт к скамейке, на которой оставила бутылку с водой и полотенце. Пренебрежительное отношение к себе раздражает, но пить хочется всё-таки больше.

Динка жадно пьёт — и едва не давится водой, застигнутая врасплох внезапно слишком громко прозвучавшим именем Игната.

Осторожно косится в их сторону, пытаясь не выглядеть откровенно подслушивающей. Это не похоже на ссору, но и на мирную беседу тоже не слишком. Станислав что-то уверенно вычитывает собеседнику, нервно поправляя очки. Динка больше не может разобрать ни единого слова, слишком уж он понизил голос. Она почти жалеет, что не умеет читать по губам. Судя по выражению лица Станислава и как-то напрягшейся спине Александра, разговор явно зашёл куда-то не туда.

Бросив что-то раздражённое напоследок, Станислав выходит, не дожидаясь ответа.

В зале повисает настолько напряжённая тишина, что когда Александр подходит ближе, Динке отчаянно хочется спросить, что же произошло. Но она не решается — слишком уж каменное у того выражение лица. Остаётся только надеяться, что он сам заговорит, когда шаги Станислава окончательно стихнут вдали.

Динка настолько сосредотачивается на отзвуке их звучания в гулкой пустоте спортзала, что вздрагивает, когда Александр наконец-то нарушает установившуюся тишину негромким:

— На сегодня закончили.

— Что такое с Игнатом? — не выдерживает Динка. Спрашивать у Станислава она бы всё равно не решилась, его равнодушно-деловое лицо слишком не располагало к расспросам. Но с Александром всё несколько проще, у него спрашивать не страшно. Может быть, потому что она уже знает — он не станет изображать из себя недовольного начальника и если сможет — ответит.

— Ничего.