Чёрная королева: Ледяное сердце

В толпе ближе к дороге стояли женщины в длинных кожаных фартуках поверх платьев и тёмных платках, почти каждая с ножом или палкой. Смотрели, как огонь с треском пожирает стропила на крыше амбара, как языки пламени лижут почерневшие брёвна, и тихо переговаривались между собой. Лица серые, на глазах слёзы.

Нехорошее предчувствие шевельнулось у Кайи в душе.

Дарри и его отряд ушли к соседней лавке, там же толпились мужчины, в основном скорняки: кто с цепом и косой, кто с вилами. Несли мешки. Ард разворачивал какую-то сеть, Бёртон и Тальд побежали с саблями к реке.

Кайя подошла ближе.

— Эй, барышня, вам туда не надо! — один из мужчин схватил её за руку, но она уже шагнула к большому окну лавки, в котором была выставлена на продажу упряжь, и только потом поняла, что лучше бы ей было не видеть того, о чём шептались местные.

— …как чувствовала…

— …да кабы знали! Засов-то выломал, куды против такой силищи!

— …третьего дня только приехал. В Ирхе, говорит, также было, и никто не слышал, а потом мельницу спалили…

— …не только амбар, но и лавку-то теперь сжечь надо бы, как бы не вернулося…

— …в два пальца борозды от когтей…

— …даже на потолке…

Она только увидела Дарри, который бросился к ней и, не удержавшись, ругнулся:

— Миледи! Вашу мать! Сказал же сидеть в карете!

Очнулась она на мокрой от росы траве.

Между лопаток упирался острый камень, а сверху нависал капитан, отчаянно размахивая перед её лицом своей шляпой с журавлиными перьями. Веера у неё отродясь не водилось, как и нюхательных солей, да и не думала она, что ей, выросшей в Обители, когда-нибудь это понадобится. Но сейчас перед глазами снова встала картина, которую она увидела поверх сёдел и сапог, стоявших в окне лавки, и забыть её она не сможет до конца своих дней.

Что это был за зверь, который мог сделать такое? Медведь? Волк?

Только сейчас ужас подкатил куда-то к желудку, сжал его, выворачивая наизнанку. Оттолкнув заботливые руки Дарри, Кайя вскочила, бросилась в ближайшие лопухи, и там её стошнило. Какая-то сердобольная женщина помогла, усадила её на деревянную колоду, погладила по голове, как ребёнка, и пока тошнотворный клубок крутился где-то внутри, Кайя слушала обрывки разговора.

О страшном Звере. О сотнях разорванных им людей в деревнях вдоль всей границы. О войне, о мести и её отце — генерале Альба, который должен уничтожить проклятых горцев. И о чудовище из Лааре по имени Эйгер.

Тошнота, наконец, отступила.

Надо было уйти, спрятаться куда-нибудь подальше от этого страшного места.