Яоло

Большие изумрудные глаза так ярко сияли, что, казалось, прожигали меня ослепительным светом насквозь, заглядывая в самую душу. Тонкие руки старика с узкими ладонями и узловатыми пальцами походили на сухие ветки. Пока я испуганно разглядывал диковинного незнакомца, тот снова заговорил прямо в моих мыслях.

«Не пугайся меня, человече. Лучше сделай доброе дело».

Я ощутил, как страх внезапно прошёл.

— Какое? — сразу спросил я.

Старик сдвинулся с места.

«Посмотри сюда», — указал он своим сухим пальцем вниз.

Я глянул и тут же обомлел. На земле, в углублении среди древесных корней лежал маленький ребёнок. Он был совсем голеньким. На круглом личике, как звёзды горели яркие зелёные глаза.

«Возьми это дитя к себе домой, расти его до восемнадцати лет. Когда придёт время, приведи в лес и оставь одного. Сам возвращайся обратно в деревню. Это всё, что мне от тебя надо».

— Но кто ты, почтенный старец? Чьё дитя я должен растить?

Старик пожевал губами, словно раздумывая, стоило или нет давать разъяснения.

С минуту поколебавшись, он всё же решил кое-что прояснить.

«Да, я старик, как ты меня назвал. Только я не простой старец, я — Высший Дух Леса, Яоло. Сейчас перед тобой лежит мой последний сын. Другие мои сыновья живут в иных лесных чащобах, коих не счесть на Земле. Я очень устал за пятьсот лет. Пришла пора закончить свою жизнь. Но я не могу сейчас отдать душу дереву, пока не подрастёт смена, то есть мой последний сын. Он обязан меня здесь заменить. Потому что Лесу не до‛лжно оставаться без Хозяина.

Таков Закон Природы. Сам я уже не в силах растить отпрыска, оттого и поручаю тебе сделать это за меня. Но прежде чем отдать родное чадо в чужие руки, я долго выбирал нужного человека, и вот мой выбор пал на тебя. Ты достоин».

После слов Великого Старца я хотел у него спросить, почему именно я удостоился такой чести — растить сына самого Высшего Духа Леса? Но тот, похоже, понял мой вопрос без слов, только махнул рукой и сказал:

«Больше ничего не спрашивай».

Тогда я молча низко поклонился.

А когда разогнул спину, старца рядом уже и след простыл.

Что мне было делать? Я поднял с земли младенца и понёс в деревню. Нам-то с женой Бог не дал собственных детей. Дома я рассказал Анне, чьё это дитя и что я пережил в лесу. К моему удивлению, она сразу поверила, как будто так и надо. Совсем не испугалась, а наоборот, с радостью приняла чужого ребёнка и начала растить, как свою кровиночку. Мы назвали его Александром или попросту Санькой.