Дыхание дракона: история непогасшей любви

Харвин с Кайтралом переглянулись, быстро одевая плащи, а стоящие рядом мужчины хохотнули:

- Кто-то сбежал.- пробасил тот, что был по-старше.

- Главное, чтобы не угробили товар.- отозвался его спутник и ни поспешили в сторону заварушки.

- Может не она.- тихо проговорил Харвин.- Не смогут они.

- Пошли.- глухо отозвался Кайтрал и они поспешили к центру селения.

Над поселком пронесся звук гонга, на помост в конце площади поднялся мужичок, больше похожий на шарик. Он стал проговаривать правила, смешно отдуваясь и постоянно поглядывая вокруг.

Кайтрал огляделся.

Площадь одним краем касалась скалы, возле которой было построено длинное каменной здание. В него то входили, то выходили мужчины без плащей, вероятно обслуга. Наярд осторожно поднялся на небольшой приступок. К строению вели несколько женщин, которые безропотно переступали босыми ногами. Кайтрал уже отвёл взгляд, но услышал крики и ругань и снова посмотрел за строение. Двое мужчин буквально тащили сопротивляющуюся Любаву. Её туника была порвана, были видны пятна крови, шею закрывал ошейник подчинения, который, по-видимому, не работал.

Девушке удалось вырвать руку, но мужчина тут же развернулся и ударил её по лицу рукой в кожаной перчатке. Из уголка губ побежала струйка крови. Кайтрал понял, что опять теряет контроль. Подошедший сзади Харвин сдёрнул его с возвышения, натянул ему на глаза капюшон.

- Кайтрал, она жива, это главное. Сейчас ребята подтянутся и начнём.- очень тихо проговорил соратник.

- Он её ударил.- прошипел наярд.

- Отвернёшь мерзавцу голову и скормишь шуртару.

Потерпи.

На помост вывели женщину и начались торги. Несчастная стояла и безучастно смотрела вокруг, словно и не её продавали как скот на рынке. К воинам подошел один из отряда, сообщив, что все уже собрались, кто на площади, кто вокруг. Харвин выдохнул и отпустил Кайтрала. В вышине раздался крик шуртара, затем ещё один. Кайтрал снова поднялся на выступ, но Любавы уже не было видно. Он выпустил броню.

Глава 31

От удара по лицу лопнула губа, голова, дернувшись, мотнулась в сторону и в шею впились тонкие иглы.

Боль уже не причиняла того беспокойства, что раньше, но сил поддерживать сознание становилось меньше. Любава облизала ранку. Её сегодня только и делают, что бьют. И ведь знают, мерзавцы, что трогать её голыми руками нельзя, но всё равно находят способ издеваться. Мужчины отвлеклись на какой-то знакомый звук и Любава, собрав последние силы, со всего маха приложила ладонь к лицу держащего её за руку мужика.