Многоликий Янус

И из этих же яслей слышалось слабое попискивание.

- Кыш! Махнув рукой на коня, князь и пополз к кормушке. С трудом туда взгромоздившись, зашуршал сеном, устраиваясь удобней. Вильям, округлив обалдевшие глаза, наблюдал за восшествием князя в ясли!

- Дааа, - почесал он озадаченно макушку. – Ладно, спокойной ночи! Но ворота я закрою, а открою рано утром. И да, ведро у дверей! С этими словами Оливер покинул конюшню. Послышался звук запираемого замка.

Я тут же соскочил с яслей и, зарывшись в сено, вытащил оттуда похожую на огородное пугало Ядвигу.

Девушка, отплевываясь, тихонечко хихикала.

- Ты нас чуть не выдала! – попенял я ей.

- А вы хорошо придумали, ваше сиятельство! Про мышей! – снова захихикала девушка.

- Сейчас смешно! – укоризненно покачал я головой. – А если бы Вильям полез проверять, что там за мыши такие завелись?

- Да будет вам! – отмахнулась она рукой. – И я очень сдерживалась, чтобы не засмеяться! Очень уж вы уморительно пьяного изображали! Вам бы устроиться в театр графини Овердрайв! Спектакли играть! А я, отряхивая от грязи безнадежно испорченный фрак, возмущенно взглянул на девушку.

- Ой! – вскрикнула та, поняв, что сболтнула лишнего. Воспользовавшись моментом, я злорадно проговорил:

- Очистишь мой фрак, так и быть, прощу! Девушка лишь покачала головой. Приняв это за согласие, я продолжил прерванный разговор:

- Ты сказала, что Яна тебя не всегда чувствовала! Что это значит?

- Ну, - задумалась девушка. – Иногда я хотела с ней поговорить и даже кричала, но она не отзывалась.

Но когда меня что-то очень сильно волновало, и я начинала на нее кричать, Ядвига меня слышала! И тогда мы с ней даже разговаривали! Потом это стало проще. Стоило ей обо мне подумать, как мы уже друг друга слышали!

- Ну-ка, ну-ка! А что такое тебя так могло сильно взволновать, что ты могла до неё докричаться? – задал я, как мне показалось, самый правильный вопрос. И, похоже, угадал. Ядвига тут же засмущалась и снова принялась теребить в руках платок.

Затем подняла на меня глаза и тихо прошептала:

- Когда Вильям её брал за руку, прижимал к себе на коне и когда поцеловал!

- Что!? – снова громче, чем позволительно, воскликнул я, чувствуя, как кровь прилила к моей голове и бешено колотится сердце. Пальцы сжались в кулаки, и я представил, как изо всех сил бью Вильяма в лицо.

Видимо, прочитав на моем лице кровожадные мысли, девушка охнула и замахала на меня руками.