Многоликий Янус

Я внимательно посмотрела на приближающуюся к жениху невесту. У меня просто не хватало слов, чтобы описать, насколько Аврора была красива! На ней было невозможно прекрасное воздушное и мерцающее, как у сказочной феи, платье, крой которого полностью оголял ее мраморные плечи, а за ними возвышался стоячий кружевной воротник.

Сзади платья шел длинный шлейф, который несли маленькие, наряженные ангелочками с крылышками девочки. Неизменная высокая прическа из пламенеющих рыжих волос, украшенная сверкающими драгоценными камнями, и два завитых спиралькой локона, обрамляющих скульптурно-идеальное лицо, завершали нежный и невинный образ девушки.

Я готова была поклясться, что на нем не было ни грамма косметики! Потому что я видела ее во время болезни, спящую в кровати, даже тогда она выглядела как спящая царевна. Сейчас на ее гордом и спокойном лице «Снежной королевы» розовел нежный румянец на высоких скулах, и сверкали огромные ярко-зеленые глаза, опушенные длинными и густыми ресницами. По ней нельзя было сказать, что это счастливая невеста.

В лице девушки не проскальзывало ни смущения, ни волнения.

Я посмотрела на Оливера Райли. Он пристально следил за приближающейся к нему невестой, но его взгляд выражал что угодно, кроме любви, нежности и нетерпения. Брови мужчины нахмурились, а губы сжались в тонкую линию. Не знаю, заметил ли это еще кто-то, кроме меня. Но лично мне было очень странно смотреть на эту красивую пару и ощущать, что между ними не узы любви, а словно невидимые натянутые стальные канаты, которыми их насильно притягивают друг к другу.

А дальше отец передал руку дочери жениху, и священник начал обряд венчания. Для меня он прошел словно в тумане. Я с грустью подумала, что князь даже никогда обо мне и не узнает, о невидимой и неосязаемой тени в чьей-то голове. Очнулась я на словах священнослужителя: «А теперь жених может поцеловать свою невесту!»

Но на это я уж точно не хотела смотреть, поэтому отвернулась и взглянула в сторону ворот. В это же мгновение послышался дробный топот копыт, и во двор въехал всадник на вороном скакуне.

Поднявшись на дыбы, конь громко заржал, словно призывая к вниманию. Конечно же, после такого концовка венчания получилась смазанной. Все гости, да и сами новобрачные, повернулись в сторону нарушителя спокойствия. А тот, осадив коня, прокричал:

— Император и Самодержец Всероссийский Павел Первый!

По двору пронесся испуганный вздох. Никто не знал, чего ожидать от неожиданного визита Императора.