Ты вышел из тьмы

– Пришёл народ поклониться Дивному богу! Спаси нас, бог, от чёрной чумы да белой смерти! И тут…

Другой рукой кукольник вывел на сцену не Дивного бога, а бесформенное чудовище, состоящее из каких-то разрозненных частей сразу всего: щупальца и клешни, клыки и когти. Ничего не поймёшь.

Зрители охнули.

– Тёмный лик! Горе нам и беда! Ничто не спасёт.

Чудовище напало на кукол. Стефан сильнее обхватил себя руками. Невыносимо наблюдать за страданиями мага. Она чувствовала, как ему плохо. Сердце сжалось от горя.

Что-то такое было в постановке, она догадалась. И это касалось Дивного бога. Сейчас бы побежать к магу, обнять, одарив теплом и покоем, держать за руку. Но Вельда знала, что не подпустит к себе, прогонит. Да и кто она такая, чтобы быть настолько близко к брату лорда земель.

Муторно сделалось и тоскливо. Много разговоров про белую смерть, гибель людей. Сама испытала, что это такое. Страшно и непонятно, потому что никто не знает, как выбирается жертва и почему. Так и стоит перед глазами страшное на празднике Дивного бога.

И Стефан словно истаивал свечой. Вельда очень хотела помочь, но не представляла как.

– Почему ты грустная, Бельчонок?

Вельда вздрогнула. Не тем голосом, что желалось, задан вопрос. И падает сердечко, откликаясь на нежное прозвище. Это всего лишь друг Григор.

– Кто тебя обидел? Скажи, я сверну ему шею.

Этот свернёт. Кулачища вон какие. Но Вельда покачала головой. Никому не может поведать свою тайну.

– Все хорошо, Григор. Устала немного, и кукольник… он меня пугает.

Парень нахмурился, покосился на кукольника, складывающего пожитки в ящик.

– Не бойся. С тобой не должно ничего случиться. Кукольник сказки рассказывает.

– Помнишь, ты мне книжку купил на празднике? – она вспомнила, что читала недавно.

– Да, Бельчонок.

Каждый раз теперь будет вздрагивать, слыша прозвище от других, не из уст мага.

– Григор, ты хороший, – Вельда села рядом. – Но… пожалуйста, не называй меня так. В той книжке сказки про Дивного бога.

И есть про тёмный лик. Так всё непонятно, но выходит, что тёмный лик и есть Дивный бог. Или у него два лица. И если тёмный лик насылает болезни на народ Фолганда, а светлый лик спасает, то какой в этом смысл? Зачем это Дивному богу? Зачем преследовать и спасать. Очень сложно понять.

Григор вздохнул, нахмурил брови, огромной пятерней провёл по светлым волосам.

– Ладно, Бель…, – с трудом он остановил себя. – Я мало смыслю в жреческом мастерстве.