ВАМП. Практикум по целительству

— Заткнитесь!

— Пусть губошлепка занимает очередь!

— Повторяю для глухих! Я тут стояла до тебя, тупая ты лахудра!

Растерявшись, я беспомощно наблюдаю за перепалкой девиц, которые старше меня самое малое года на два и по жизни опытней раз в десять. Я не знаю, что делать, как их успокоить, навести порядок, пока и вправду не пришла госпожа Фло. Старого целителя девушки уважают и боятся, ведь от его вердикта зависит, останутся они тут или их попросят уйти. Стоит ему сказать: «Цыц, шлюшки!» — и наступает тишина.

А я… Им известно, я — временное здесь явление. Та, кто заклинаниями уберет веснушки на теле, придаст волосам блеск, а коже бархатистость. Со мной можно не считаться.

Хотя…

— Рты захлопнули, шлюшки! — Чувствую, как мой язык горит после гадкого ругательства. Впрочем, щеки под маской тоже.

Какофония из визга и кошачьего фырканья стихает. Голубые, зеленые, синие, карие, серые глаза широко распахнуты, ненакрашенные губы округлены.

— Кто не хочет остаться лысой и вылететь на улицу, заткнулись, ясно?

— Ты не посмеешь, деточка, — произносит тоненьким голоском Виола, сидящая в дальнем конце купальни.

Маленького роста, хрупкая девушка выглядит как несовершеннолетняя, тогда как на самом деле ей скоро исполнится тридцать. — Фло не простит порчу нашей внешности.

— Скажу, что перепутала крема, — нагло улыбаюсь я, а у самой внутри все холодеет от страха не выдержать заявленный тон игры. Отступлюсь, не проявлю твердость — и стану для этих девиц говорящим дополнением к баночкам с зельями.

— Я-то свой проступок отработаю, а ты? Спроси у Пионы, нужны ли Садовнице уродцы?

Грубо и некрасиво. Я знаю, но иначе нельзя.

Тишина в купальне удручающая. Куртизанки глядят на меня потрясенно. Еще бы! Вежливая целительница неожиданно нагрубила. Святые покровители, как мне стыдно…

— Иди, Пиона, ты вроде как-никак приболела, — внезапно произносит брюнетка.

— Спасибо, Мирта, — белозубо улыбается моя вчерашняя пациентка и лебедем проплывает вперед. — Я запомню твою доброту.

Остальные девицы молча выстраиваются в ряд позади них.

— Соннэя, вчера я все делала так, как ты велела, — хвалится Пиона.

— Вижу. Ты молодец, губы в порядке. Теперь давай посмотрим, что с остальным.

Пиона, поведя точеными плечами, сбрасывает простыню, в которую куталась. Не стыдясь своей наготы, заводит руки за голову и медленно поворачивается, демонстрируя всю себя.

— Крем для удаления волос, — вручаю ей черную баночку.

— И все? — удивляется блондинка.