Тёмная кровь

Часто - невыносимо. Но когда она возвращалась обратно к себе, то с замиранием ловила взгляд отца, в котором сквозило удовлетворение. Получала теплые объятия матери, которая почему-то каждый день плакала. И, наконец, угощение. Оно было похоже на кусочки битого стекла, только коричневого цвета. Мама называла их кара-мель. Сладкое-сладкое, как мёд. Только мёд Тее не нравился, а кара-мель нравилась. Мама говорила, что угощение привозят из далекой страны, которая зовется Эретрией.

Девушка облизала сухие губы. Ей показалось, что она чувствует вкус кара-мели.

Соблазн был слишком велик, и Тея последовала за запахом. Нос вывел жрицу к небольшой лавке, вокруг которой столпились дети. Здесь были и с чистыми лицами, в новеньких платьях, и те, оборванцы, которые промышляли на рынке одним - воровством. Все они неотрывно смотрели на прилавок, который больше походил на новогоднюю ель. Коврижки и пирожки, конфеты и колотая кара-мель. Что-то Тея видела впервые в жизни, но почему-то не сомневалась в том, насколько это вкусно.

Например, вот те булочки. Похожие на обычную сдобу, сверху покрыты блестящей, сладкой корочкой… Тея почувствовала, как рот наполняется слюной, что даже скулы сводит.

- Эй, ты! - Из-за прилавка показался мужчина с длинными усами.

Жрица завертела головой. Это к ней сейчас обращаются?

- К тебе, - будто прочитал её мысли торговец. - Иди сюда.

Стайка детей расступилась, пропуская девушку. Тея прошла сквозь толпу, словно каравелла, рассекаяющая волны - высокая и величественная.

- Ты же жрица? - Торговец кивнул на плат девушки. Тея кивнула. - Голова болит так, будто по ней весь день палкой бьют. Не поможешь? А я отплачу. Хочешь вон ту булочку? - Он указал на сдобу в блестящей корочке. - Я видел, как ты на неё смотрела.

Отпираться не было смысла, и Тея согласилась. Головная боль - ерунда. Ей достаточно было возложить прохладную ладонь на блестящий от пота лоб. Боль нашлась в правом виске. Вдох, и Тея потянула её к себе, капля за каплей. Торговец наверняка почувствовал короткий укол, а потом резкое улучшение.

Будто кто-то проделал дырку у него в голове, чтобы оттуда уходили все вредные миазмы. Лицо мужчины разгладилось, он улыбнулся.

- Мастерица! - Восхитился он. - Благодарю, мадонна.

Тея чуть подрагивающими от работы и волнения пальцами приняла булочку. Пальцы немедленно утонули в теплой и липкой корочке. Девушка на зависть ребятне прямо там разломила сдоба пополам и откусывая понемногу, шагнула в сторону от лавки.