Нефилим. Том 1. Начало

– А никак, – повел плечами друг, – его коронованная тетушка вмешалась. Вскоре глава воинства заявил, что Бенуа действовал в целях самозащиты. А потому, не виновен в содеянном.

– Какая удобная отговорка, – скептично искривилась я. – И какой вред мог нанести обычный человек вампиру королевской крови?

И дело тут было не столько в статусе, сколько в том, что королевские вампиры считались сильнее остальных. Дело было в генетике и в тысячелетней истории семьи.

– Мы оба знаем, что это бред, – закатил глаза Майк, – но еще мы оба знаем – чтобы не сделали родственники королевы, они всегда останутся безнаказанными.

Да уж, реальность, с которой всем нам приходилось мириться.

– Я все это говорю для того, чтобы ты поняла – вне зависимости от ваших взаимных или не взаимных чувств, держись от Бенуа подальше. Он изменился. И изменился сильнее, чем можно было бы предположить. Ведь убил человека всего лишь за плохую новость. И, отвечая на твой вопрос, блондинка рядом с ним – это Ровена Джонс, ты должна ее помнить.

Я с сомнением покачала головой.

– Ну, такая смешная полноватая вампирша с кривыми передними зубами. У нее еще была стрижка под каре, старомодная, как у бабули. И она не вылезала из водолазок, которые надевала под школьный пиджак.

– Аааа, – начала понимать я, когда перед глазами всплыл образ забитой невысокой девчонки, отличавшейся от местных вампирш, как черное от белого.

Перевела взгляд обратно на крошку, которая мертвой хваткой вцепилась в пальцы Филиппа и не желала отпускать, приникнув к его плечу всем телом, словно от одного только прикосновения к нему зависела вся ее жизнь.

– Ты уверен, что это она? – я обвела пальцем в воздухе блондинистый затылок красотки.

– После того, как Бенуа начал с ней встречаться, Ровена сильно изменилась. Похудела, отрастила волосы, выпрямила зубы, не спрашивай, как – не знаю, – вскинул вверх раскрытые ладони Майк. – Но, – его голос упал до едва различимого шепота, – есть кое-что, что изменилось в её жизни не в лучшую сторону.

Отреагировать на слова друга я не успела, вошла преподавательница, хорошо знакомая мне миссис Ламбер. Это была сорокалетняя женщина с худым вытянутым лицом и очень умным взглядом, которому придавали глубины очки в тяжелой круглой оправе.

Женщина обвела взглядом притихших студентов, остановила взгляд на мне, коротко кивнула и начала урок.