Вестница

— Они готовы платить сколько угодно.

— Да ты их обкрадываешь.

— Вовсе нет. Мои работы и правда дороги.

— Какое состояние ты себе сколотил?

— Приличное, — усмехнулся Ларс, — но и растраты у меня соответствующие. Одна из статей уходит, кстати, на моего помощника, которого все еще нет.

Ашара тут же поняла, что под воздействием всех впечатлений совершенно забыла про Кериха. А ведь мальчишка очень долго ждал этого дня, он был важен для него. Почему же тогда он не торопится?

Ларс думал непременно отчитать подмастерье, как только тот появится.

Если он не успеет, то не представит себя и будет ждать еще полгода. Ларс не пойдет ни на какие уступки и досрочный аукцион из-за него устраивать не будет. Но хуже то, что по традиции этого действа в самом конце маг должен представить образцы будущих работ. Те, что понравятся гостям, он начнет разрабатывать в первую очередь.

— Странно, он никогда не опаздывает, — пробормотал Ларс.

Аукцион продолжался.

Устроитель великолепно справлялся со своей ролью, и публика была подчинена процессу торгов, лоты уходили один за другим по немыслимым ценам.

Ларс очень щедро оценивал труд этого человека. А заклинание забвения, бывшее обязательным условием его работы, никак устроителя не смущало. Он спокойно относился к тому, что из его памяти пропадали знания всех характеристик предметов, которые он изучал перед каждым аукционом, стоило лоту продаться.

— А что за диадема? — Ашара уже долгое время всматривалась в этот предмет, находившийся прямо на сцене на другой стороне.

Хоть он и не был выставлен в центр, все равно привлекал к себе внимание. Как некий символ чего-то.

— Это я создал для Ее Величества, — самодовольно улыбнулся Ларс.

— О, опять ваши интересные отношения с королевой.

— Я жду, когда она посетит одно из моих мероприятий. Диадема — напоминание для всех, что мой дар ее ждет. Ей передадут, ей каждый раз докладывают обо всем, что творится в этом доме. Она просто упрямится, как любая женщина, когда понимает, что окончательно сдалась.

— Ты все-таки чудовище, Ларс.

— Порой так говорят, — маг остался беспристрастен к подобной характеристике.

— И не надо вот этого удовлетворенного блеска в глазах, это вовсе не комплимент, — укорила она его.

— В сравнении с тем, что я слышал о себе сначала в армии, а затем на войне, это комплимент.

— Ты воевал?! — подскочила Ашара на месте.

— Тише. Воевал. Во имя нашей прекрасной королевы, всех, кого было нужно, я уничтожил. Это оказалось несложно.