Вестница

— Но у вас явно произошла размолвка.

— Это расставание, — почти торжественно объявила та, — потому что я так больше не могу. О чем я ему только что и заявила. Он читает мысли, вы знаете?

— Да, — осторожно ответила Ашара. Ее смущало, что они вот так беседует при Ларсе. Это было странно и некрасиво.

Хозяин дома как ни в чем не бывало продолжал свой завтрак. Видимо, только это и имело для него значение.

— Он читает их постоянно, — Оленну такие тонкости не беспокоили, и она продолжала. — Не имеет значения, будем ли мы с вами секретничать или говорить обо всем прямо.

При желании он все узнает. Очень сильный дар. Я только на порог, а он уже все знает…

— Ты думала об этом, ты хотела, чтобы я узнал, — произнес аристократ, глядя исключительно себе в тарелку.

Оленна покивала. В этом была своя правда.

— Ему нелегко, я понимаю, — она снова обратилась к Ашаре. — У него более десяти разных способностей, но для его ближайшего круга самым опасным является чтение чувств и мыслей. От него ничего не скрыть.

Это почти невыносимо. Сначала мне казалось, что можно примириться, но потом пришло понимание, что он знает вообще все. Это ваше колечко на пальчике не спасет. Просто учтите, что если он и не читает вас, то только потому, что постоянно себя контролирует. Ему эти магические игрушки, что слону щепка.

Оленна вздохнула. Она переживала сильные эмоции, но на самом деле не настолько сильные, насколько она их изображала. Это была глупая игра, ведь тот, для кого дается этот спектакль, знает правду, всю подноготную.

Просто отвратительно. Невозможно с этим смириться. У нее есть желание выгодно продать себя, но не такими жертвами. Она попытается как-нибудь иначе, с кем-нибудь другим. Сегодня она в этом лишний раз убедилась.

— У меня не хватило сил, — призналась девушка. — Выходит, что у меня нет ничего своего, когда я рядом с ним. Знаете, такая… обнаженность заставляет чувствовать себя уязвимой.

Ашару удивило то, что она услышала собственные мысли, возникшие еще при первом личном разговоре с аристократом, со стороны.

— Почему вы говорите мне это? — вестница по-прежнему косилась в сторону хозяина дома. Но тот и бровью не вел.

— Просто так, — легко и весело рассмеялась Оленна. — Как женщина женщине. Мне нужно выговориться, а для вас мои слова ничего не значат. Но я прошу прощения, если вдруг сказала лишнее.

— Ничего, я…

— Мой вам совет, — она с грохотом отодвинула стул, чтобы выйти из-за стола, — не влюбляйтесь в него.