Гаджо с Меловых холмов

– Когда вы начинаете обрисовывать ситуацию на Тейнаре, мне хочется побиться в истерике самому. Трое человек пропали, а в участке об этом узнают в лучшем случае завтра к вечеру!

- Продолжите акцентировать на этом внимание – будем биться в истерике вдвоем, - посулила я и вышла вон. – Переночуем в кибитке. Лучше бы оставить дом нетронутым – тогда у полиции будет больше шансов найти хозяев.

- Кажется, начинаю понимать, почему вы собирались соврать в ответ на вопрос о возрасте, - задумчиво сообщил секретарь, покорно выметаясь следом.

Я хмыкнула.

- Если вас так волнует этот момент, вы всегда можете спросить у лорда асессора. Полагаю, он кокетничать не станет, - предположила я и притормозила, свистом подзывая собаку.

- Напрасно вы так думаете, - мрачно заявил Констант. – Я уже спрашивал. Но он закокетничал и отправил меня непосредственно к вам, а вы грозитесь соврать.

- И совру, - благосклонно предупредила я и отвернулась – как раз вовремя, чтобы спасти верхнюю юбку от излишне деятельного приступа дружелюбия, приключившегося с Майло.

Судя по тому, как подскочил от неожиданности Констант, вероятность, что команду выполнит секретарь, значительно превышала вероятность того, что внезапно начнет слушаться пес. Недовольный тон заставил Майло разве что опуститься на все четыре лапы, но хвостом он все равно вилял так, что следом за ним крутилась вся задница.

- Хотите забрать его с собой? – спросил Констант.

- Кошка не домашняя, - я покачала головой. – Ее на трех окрестных фермах прикармливают. А вот Майло…

В кручение задницей включилась уже середина спины. Констант покосился вниз и не сдержал смешок – я, впрочем, тоже.

- Вообще говоря, это пастушья собака, - проинформировала я и собралась было завести речь о дурном влиянии детского обожания на функциональное назначение собак, когда вспомнила: - О, нужно же овчарню проверить!

- Надеюсь, овец вы с собой не потащите? – опасливо уточнил секретарь, явно представив себе триумфальное прибытие гордой пастушки в одеждах о-ками-сама во Флат-Плейс.

- Ничего не могу обещать, - скорбно вздохнула я, ничуть не покривив душой: определенные части овцы я была вполне готова потаскать в своем желудке. Правда, хозяин за самоуправство по головке не погладит…

Если он еще жив.

Я дернула головой, вытрясая непрошенные мысли, и толкнула деревянную дверь овчарни.