Я - Тайига

И словно вняв моему обещанию, Анри схватил Нору за руку, и они поспешили за нами следом.

Спустя несколько минут мы сидели у изголовья кровати и с замершим сердцем следили, как Анри делает тете искусственное дыхание. Некоторое время ничего не происходило, а потом Агнесс захрипела, закашляла и открыла глаза. 

Я только сейчас заметила, как бьется наше сердце, готовое вырваться из груди, а тошнота подкатывает к горлу. Мы устало вытянулись на полу и высунули язык, пытаясь хоть немного остудить пылающий внутри пожар.

А еще нам очень хотелось пить.

– Леди, что случилось? – спросил Анри.

Спросил своим голосом. Вся напускная женственность улетучилась как дым. Перед нами сидел молодой мужчина. Даже женский наряд не позволял в этом усомниться. Вся дурашливость, все женское кокетство сползло с него как змеиная шкура во время линьки. 

Агнесс некоторое время смотрела на него, а потом ее лицо исказилось, и она захныкала. Тоненько, жалобно, по-детски:

– Она злая. Она отобрала у меня мятный пряник.

– Какой пряник? – прошептала потрясенная Нора.

Ей никто не ответил.

Тете продолжала лепетать чушь, умоляюще глядя на Анри полными слез глазами:

– Она сказала, что только откусит, а сама взяла и убежала.

– Успокойся, Агнесс, – Анри достал платок, осторожно вытер тете слезы, а потом положил ладонь ей на лоб. – Ты получишь новый пряник. А сейчас давай спать, моя хорошая. 

Он по-отечески поцеловал тетю в лоб. Та доверчиво улыбнулась, сомкнула веки и, судорожно вздохнув, уснула.

– Плохо дело, – пробормотал Анри, поднимаясь с кровати.

– Почему она сделала это? – в ужасе спросила Нора. – Как она могла! Агнесс была для меня Святой. Да что для меня! Мы все готовы были молиться на нее! А тут такой грех, такой грех… 

– Ее нельзя судить, – покачал головой Анри. – Что-то расстроило ее. Так расстроило, что у нее помрачился рассудок.

– Сошла с ума, – прошептала подруга.

Я разделяла ее потрясение. Так Контролер наказывал людей лишь за самые страшные грехи. И, разумеется, таким грешникам нет места в святой обители.

Мать Мионы тоже вряд ли согласиться терпеть присутствие классной Агнесс в нашем доме. Они всегда плохо ладили, и не было повода думать, что несчастье, приключившееся с тетей, что-то изменит. Скорее, наоборот. 

– Вот что, – решительно заявила Нора, – ты уговаривал меня поехать с собой. Я согласна, но с одним условием…

– Дай догадаюсь, – невесело ухмыльнулся Анри. – Агнесс должна поехать с нами.

– Да, – твердо сказала Нора.