План по соблазнению герцога

Кто же знал, что та склочная матрона окажется матушкой малышки Леоны? Фиви снова вспомнила взгляд герцога, в котором таился вопрос и легкое разочарование. Нет, он не сказал ей ничего плохого, спокойно выслушал - как и всегда - но то мягкое доверние, что было между ними, может уже никогда не вернется. Ведь ей даже нечего было сказать в свое оправдание. Да и не хотелось завираться, когда он так смотрел.

Ну вот опять! Девушка буквально зарывалась в работу, только чтобы не думать о том, как много она на самом деле потеряла из-за одной мелкой ссоры на улице.

Хотелось позорно разреветься и побежать к мужчине просить прощение, но что это даст? Он ведь и не злится даже… Лучше бы злился, но от него дождешься!

- Ну что ты, совсем раскисла? - сочувственно спросил Орхан.

- Совсем, - неловко кивнула она, - У нас там, вроде бы, еще письма из герцогства со сведениями по подготовке третьего корпуса лежат? Давай я разберу.

Мужчина покачал головой.

- Никуда письма не убегут, шла бы ты отдохнуть.

Мисс Ламбри вздохнула.

- Мне правда надо тебе рассказывать, куда именно тебе засунуть твое очень важное мнение? - лениво уточнила она, даже не поворачивая в его сторону голову.

Орхан лишь хохотнул на это. Он подошел к ее столу и погладил по голове. Девушка чуть дернулась от его руки, скорее по привычке скорчив рожу, чем всерьез не принимая ласку.

- Тебе не обязательно строить из себя паиньку, чтобы он хорошо к тебе относился, знаешь? - даже сам мужчина понимал, что сейчас она его не услышит, не поверит, но и совсем промолчать не мог.

Она усмехнулась, зло и грустно.

- Много ты понимаешь?!

- Элиза.

- Да, моя госпожа?

- Элиза, - повторила я, разглядывая складки портьер.

- Вы что-то хотели, моя госпожа?

Женщина отзывалась, но не торопила. Была у меня такая дурная привычка иногда просто звать ее, чтобы убедиться, что она все еще рядом.

- Элиза, свет мой в темном царстве.

- М-м-м? - мурлыкнула она, пересчитывая премию.

В такие моменты вид она всегда имела трогательный, как у очаровательного ребенка, которому неожиданно подарили кулек конфет.

Потому я частенько выписывала ей премии по какому-нибудь ерундовому поводу. Отец однажды пытался меня остановить, убеждая, что это пустая трата денег, а моя главная горничная и без того получает очень и очень немало, и я ее просто разбалую. Но потом я пригласила его к себе ровно в тот момент, как Элиза в очередной раз любовно пересчитывала монетки, едва замечая, что происходит вокруг.