План по соблазнению герцога

Она продолжала сидеть.

«Попытка но. 3 - успех!»

- Элиза, ну наконец-то! Как все прошло?..

- Дорого, миледи, - сообщила она с такой грустью, будто платила из своих денег.

Я фыркнула и посмотрела на нее с осуждением. Еще бы слуг во дворце можно было подкупить задешево!

- Его Светлость уже сорок минут как во дворце! Лучше скажи, они с Фиви еще не виделись?

- Когда я шла к вам, мне как раз передали, что он пошел в восточное крыло третьего этажа. «Наша» горничная уже там. Скоро увидятся.

Я немного нервно улыбнулась.

Ждать новостей всегда так волнительно. Руки слегка вспотели, и я попросила открыть окно.

- Миледи… Чего конкретно вы ждете от их разговора?

Я щелкнула пальцем и откинулась на спинку дивана.

- Жалоб.

Элиза вопросительно вскинула брови.

- Ей есть на что жаловаться?

- Нет, - мотнула головой я, - Но она, скорее всего, будет.

- Она показалась мне довольно милой, в целом, хоть и какой-то излишне пугливой, — немного неуверенно начала Элиза.

- Честно говоря, - улыбнулась я, - Мне тоже.

Поэтому я и злилась. Мне надо было понять только ли это от того, как на нее смотрит герцог… Или есть что-то еще? Мне нужно было пообщаться с ней. Наедине. Ведь если она действительно такая, какой кажется… Ну не зверь же я, в самом деле - разворачивать военные действия против милого пугливого котенка! Придумала бы просто, как выслать ее куда подальше с его глаз.

- И что в ней напрягло мою милую леди? - уже с большим интересом спросила Элиза, слегка приподнимая уголки губ.

- Она продолжала сидеть, - я улыбнулась, едва не хихикая.

- Что?

- Я зашла, а она продолжала сидеть! Даже не подумала встать и поклониться! Чтобы секретарь герцога и дворянка, пусть и бедная, могла о таком забыть? И на протяжении всей нашей милой и абсолютно пустой беседы ни о чем, она то и дело… по мелочи мне грубила. Ну знаешь, мама так иногда делает, когда хочет выставить кого-то виноватым. По мелочи, но гаденько задевает собеседницу, а когда та не выдерживает и начинает злиться - строит из себя бедную ничего не понимающую овечку.

Дрожащая губа, хрустальная слеза по щеке, попытка быть сильной, готовность простить обидчицу…

- Это как с маркизой Навиль?

- Да-да! - кивнула я, - Вот прям точь-в-точь. И потом маркиза в глазах окружающих склочная истеричка, а матушка - бедненькая жертва.

- Но вы же?..

- Чтоб я после матушкиных выходок на такое разводилово клевала? Нет, конечно, я была мила и снисходительна.