Покинутая 2. Огонь в сердце

Да я просто с ума сойду, если оставлю эти деньги при себе. Понятное дело, я могла спрятать их в общежитии, но не было никаких гарантий, что в нашу комнату никто из студентов не зайдет в наше отсутствие. Защита на дверях была самой наипростейшей.

Да и удобнее это. Чеки принимались во всех лавках и на всех рынках, в то время как мешочек с деньгами легко могли стащить на улице. Уж я-то это точно знала.

– Согласен. Я об этом не подумал, – повинился куратор Вантерфул. – Нужно было действительно просто открыть счет на твое имя в банке.

– Ну, без меня вы бы этого сделать не смогли, – неловко пожала я плечами, закидывая в сумку оба мешочка.

– Кстати, об этом. Павлиция, я хотел извиниться за...

– Не стоит, – оборвала я его речь, ободряюще улыбнувшись. – Что было, то прошло. И спасибо вам огромное за помощь. От меня лично и от всех детей Дома Покинутых.

– И это тоже тема для разговора, от которого ты так настойчиво пытаешься сбежать, – почему-то грустно усмехнулся мужчина.

На мгновение мне стало его жаль.

А еще стыдно. Стыдно за то, что так категорична по отношению к нему. Не будь он аристократом, я не воспринимала бы все его действия в штыки. Возможно... С очень маленькой вероятностью, но все же возможно, я позволила бы себе перейти черту, для начала хотя бы узнав преподавателя поближе.

В конце концов, он был приятным человеком, хоть и некромантом. И пахло от него очень даже неплохо. И держался он всегда безупречно вежливо. И... заботился обо мне. Как-то по-своему, но все же заботился.

Присев обратно на стул, я опустила сумку на пол, демонстрируя тем самым, что внимательно слушаю. Чего-чего, а элементарного уважения галеций Вантерфул точно был достоин. Всего остального... Это покажет время.

– Все, что есть в твоем мешочке, – это твои деньги. Как и обещал, я сделал благотворительный взнос. Старшая Сестра получила его сегодня, прежде предоставив мне списки того, что требуется. Полученных денег Дому Покинутых хватит с лихвой до следующего лета.

То, что я услышала, пожалуй, ошеломило меня даже больше нашей схожести с покойной естией. Я даже на минутку представить не могла, какая сумма необходима для того, чтобы воспитанники Дома Покинутых жили в радости, тепле и сытости до следующего лета. Это должно быть, была астрономическая сумма.

Однако радоваться я не спешила. Все же куратор Вантерфул являлся аристократом, а те благотворительностью просто так, да еще и в таких суммах, не разбрасывались.