Непокорный трофей

Воины подняли одобрительный гул.

Но для двоих на арене существовал сейчас только противник. Джералд плавно, тягуче двинулся в сторону, обходя Торема и не сводя с него напряженного взгляда. Он владел мечом с раннего детства. Это холодное оружие будто оживало в его руках. Так он ловко двигался и наносил удары. И перед глазами всплыла похожая картина. Джералд и Тобиас, совсем еще мальчишки, упражнялись в боевых искусствах, а я наблюдала за их успехами.

Торем тоже пришел в движение. Хищно, по–звериному, будто снежный барс, он медленно сокращал расстояние, готовый к броску в любую секунду.

Его мышцы будто окаменели, разгоряченное загорелое исчерченное шрамами тело напряжено до предела. Они кружили, будто выжидали. Будто оценивали друг друга.

Казалось, я забыла, как дышать. Замерла, жадно впитывая каждое движение на арене.

В одно мгновение все меняется. Джералд резко делает выпад вперед–вверх. И мое сердце замирает. И следом лязг металла. Торем отражает удар. Контрудар. Лязг металла.

Воины кричат в знак одобрения, опять звучит барабан, вторя бешено колотящемуся сердцу.

Джералд отступает. Делает резкий обманный выпад в сторону, а затем вновь наносит удар. Четко вверх–вправо. Клинок скользит слишком близко к шее Торема.

Шея? Он метит точно в шею! От внезапной мысли все внутри будто заледенело. Как можно убить бессмертного? Обезглавить...

И вновь удар! Так близко!

Нет! Остановитесь! Дергаюсь вперед, но Кнут не позволяет и шагу ступить. И вновь лязг металла. Обманчивая ухмылка пропала с лица Торема.

Он напряжен. Серьезен и рассержен. И страшен в гневе. Несколько молниеносных ударов подряд – и первая кровь пролилась на землю.

Джералд отступает. На его лице виднеется тонкий порез. Но передышка – лишь пол–удара сердца.

И вновь клинки сошлись под гулкие крики воинов севера. Удар, удар, еще удар... Металл встречает лишь металл. Глухой рык...

И время будто замирает. Джералд пригибается к земле, будто корчась от боли, но... это лишь уловка! Клинок в его руке оживает и стремится прямиком в живот противнику.

И ему не отстраниться, не отскочить!

Все внутри холодеет, глаза застилают слезы, дергаюсь вперед.

– Торем! – с губ срывается крик.

Мгновение, и Торем отражает удар. Слышится глухой рык. И Изгнанник делает резкий выпад. Слишком резкий. Молниеносный. Я не успеваю следить за его движениями. В нем – сила, скорость. Он – быстрее ветра. Сильнее любого человека… Он будто зверь!

Один судорожный удар сердца, и Джералд на земле.