Золушка в кедах

Второе заговорено на неудачи, поэтому доставай свой эликсир счастья…

– Но он у меня последний. А следующую партию удастся только через неделю получить, – проныл молодой человек.

– Отдай девочке, – безапелляционным тоном заявила старушка, – иначе мы рискуем не доехать до сестренки.

– Бабушка, так давай сиганем? Тут же недалеко.

– Молодой человек, ты уже успел забыть, за что я тебя черепахой медленной оборачивала? Могу напомнить! Ты прыгать так толком и не научился, – Мария Дормидонтовна кивнула на вмятину в стальной двери отделения.

– А если мы с девочкой сиганем, то рискуем оказаться вмурованными в стену. Тебе ли рассказывать о проклятии неудачи?

Игорь набрал в грудь воздух, но старушка уже не обращала на него внимания. Она хлопнула в ладоши и благообразный старичок-профессор, который сидел за рулем, сдулся, как большая резиновая игрушка. Такого шофера можно было увидеть в фильме «Люди в черном». Он тоже то сдувался, то появлялся. Я помнила о своем решении не удивляться, но не могла сдержаться.

– Охренеть!

– Держи, выпей и перестань такие слова употреблять, это некультурно, – Игорь сунул в руку пузырек размером с бутылочку йода.

Пузырек больше всего напоминал склянку из фильма про властелина колец. По форме походил на маленький кувшин, внутри переливалась всеми цветами радуги непонятная маслянистая жидкость. По краям пузырька вилась тончайшая серебряная вязь.

– Пей, деточка, так нужно, – кивнула старушка.

Я откупорила пробку, принюхалась.

Пахло чем-то мандариново-еловым. Если так пахнет счастье, то каждый Новый год этот аромат вдыхают миллионы людей. Я с опаской поднесла пузырек к губам, но отхлебнуть не успела.

– Эй, что тут происходит? – раздался позади троицы громкий голос. – Кто наставил статуй в приемной?

Раньше я уже слышала этот голос и безошибочно узнала грузного мужчину, которого обворовал Игорь. Майор стоял на ступеньках и лихорадочно шарил по бедру. Он уже успел забыть, что сейчас находится не в форме, а кобура с пистолетом покоится в отделении сейфа.

– Свистов, ты дурачок? – невозмутимо спросила старушка. – Неужели не видишь, окаянный, что происходит побег дерзновенный? И это, майор, твой кошелек поганый в урне смердящей валяется. Не взяли мы оттуда даже на возмещение морального ущерба. Цени нашу щедрость, взяточник в погонах.

– Да вы, да я… – задохнулся Свистов, но, тем не менее, проследил направление, по которому указывала старушка.