Между тьмой и огнем

– Ты же понимаешь, что это еще менее реалистично, чем наш план?

Радомир скривился и замолчал. Потом устало взглянул на часы. Было девять вечера.

– Пойдем переодеваться.

Крылатые молча прошли в гардеробную, разделенную на мужскую и женскую половины. Глядя на ряды одежды и обуви, сердца обоих сжала тоска. В центре стояли два манекена и на них костюмы для бала. Мирослава сразу увидела переплетения защитных символов в вышитых узорах на угольно-черном камзоле Радомира и своем белоснежном платье.

В обоих нарядах присутствовали аккуратные наплечники, отлитые в виде огненного узора. Из золота у Мирославы и черненого серебра у Радомира. Выполненные эльфами, украшения казались просто изящными декоративными элементами, но по своим доспехам Мира знала, что они могут выдержать удар любой силы. 

Облачившись в платье с обтягивающим лифом, открытыми плечами и спиной, и пышной юбкой до середины голени, ангел приложила золотые детали. Они тут же обвились вокруг плеч, протянув аккуратные язычки пламени вверх и закручиваясь огненным клубком к середине плеча.

Радомир в распахнутом камзоле приложил свои и они так же приникли к рукавам костюма, образуя более жесткий и крупный узор ревущего пламени. 

– Это доспех, достань свой меч.

Мира послушно повела рукой, и в полутьме засиял клинок. В ту же секунду по вышивке платья пробежала искра, проявляя защитные символы, и на юбке появились два разреза по бокам. Золотые завихрения наплечников начали разбегаться, окутывая белоснежные руки ангела, оказавшиеся в защитном коконе вязи, сложившейся в магический узор.

 

– Они не дадут демону быстро тебя победить, но когда твой противник поймет, насколько сильно защищена твоя рука, он просто станет метить выше, стремясь отрубить больше. Взять с собой полноценные доспехи мы не можем. Боюсь, это будет выглядеть подозрительно.

Мирослава посмотрела на ухмыляющегося Мастера и нервно хихикнула. Его густая грива  волос свободными волнами спускалась на широкие плечи, расстегнутый камзол и облегающие брюки сидели великолепно, а дерзкий блеск зеленых глаз придавал всему облику бунтарский вид, несмотря на соблюдение канонов.

Хотя, может, в аду это и было единственным существенным каноном. 

– Они не посмеют ничего сделать с тобой, – уверенно прошептала Мирослава. 

Радомир грустно улыбнулся и приподнял ангела за талию, прижимая к себе.