Пари, милорд !

— Лорд Каллеман надолго не задержится. А после я приму все необходимые микстуры, — предупреждая любые вопросы, добавил Стейн, и я, молча кивнув, пошла к лестнице.

Правда, подниматься в спальню не стала. Постояв немного на лестничном пролете и дождавшись, пока мужчины уйдут, прошептала заклинание тишины и осторожно направилась к кабинету.

— Рольф, а теперь объясни, почему ты не позволил допросить твою жену? — донеслось из-за неплотно прикрытой двери, и я замерла в ожидании ответа.

— Это не она, Эрик.

— Вот как? И откуда такая уверенность, можешь объяснить?

—Просто знаю, — после короткой паузы, во время которой послышался звон стекла, ответил Стейн, и у меня в душе встрепенулась непонятная надежда.

— Что ж, хорошо, пусть так. Тогда кто? Лакея мои Чтецы уже допросили. Он ни при чем. За Харлоу следил Дженкинс. Там тоже все чисто. Прости, но остается только София.

— Ты не там ищешь, Эрик.

— Рес! — Выругался Каллеман, и из-за двери потянуло горьковатым дымом. — Твое упрямство граничит с идиотизмом, Рольф.

— Что с ядом? — Не заметил его выпада Стейн. — Удалось определить?

— Сторн уверен, что это каллига.

Я от неожиданности громко выдохнула и тут же прикрыла рот рукой. Каллига считалась одним из самых сильных и быстродействующих ядов. И при этом она не имела ни вкуса, ни запаха, и не оставляла очевидных симптомов отравления. Всего несколько минут — и любые следы ее применения исчезали, а доктора фиксировали смерть от сердечного приступа. Но у яда была одна особенность.

Для его активации требовалась сила высшего мага. Получается, семейку Харлоу можно вычеркивать из списка, ведь их магии было бы недостаточно. Но тогда кто из могущественных высших мог желать смерти Стейна?

— Только в моем бокале? — Напряженно спросил муж.

— Да, — коротко ответил Каллеман и после небольшой паузы добавил: — Рольф, ты можешь злиться, но мой тебе совет, расспроси жену. Подожди, не заводись, просто выслушай. Узнай, не добавляла ли она какие-либо микстуры в вино.

Может, ей подсунули яд, а она о нем и не знала. Или была под внушением. Попробуй просмотреть ее мысли, мы должны знать…

— Эрик, хватит, — оборвал его Стейн. — Не нужно ничего выяснять. Считай, что никакого покушения не было, я не хочу больше об этом говорить, — непреклонно заявил муж, и в его голосе прозвучали металлические нотки, ясно дающие понять, что лорд не изменит своего мнения и что переубедить его невозможно.

Видимо, Каллеман тоже это понял.