Пари, милорд !

— Разумеется, — твердо сказала в ответ. — Именно поэтому я не собираюсь вам платить.

— Что ты сказала? — Вкрадчиво спросил Отто, и его рыжие глаза потемнели и опасно блеснули.

— Я не собираюсь вам платить. И пришла сказать, чтобы вы оставили меня в покое, иначе я пожалуюсь мужу, и он подаст на вас в суд за вымогательства.

— Решила показать зубки?

Рейхвард хищно прищурился.

— Зря, — веско произнес он. — Я ведь говорил, что знаю о твоем происхождении?

— Знаете? Неужели? И где доказательства? Чем вы можете подтвердить свои слова? И вообще, все это полная чушь.

Я прекрасно знаю свою родословную, и в ней нет ни одного темного пятна. Так что все ваши обвинения — мерзкая выдумка от первого до последнего слова.

Я говорила спокойно, но кто бы знал, чего мне стоило это спокойствие! Всю вчерашнюю ночь меня глодали сомнения. Да, любому здравомыслящему человеку известно, что шантажистам ни в коем случае нельзя платить. Они ведь никогда не остановятся, с каждым разом требуя все больше и больше, а их аппетиты будут расти все быстрее.

Но где-то в самой глубине души затаился страх. Я ведь не знала, что именно известно Рейхварду. И откуда у него эти сведения. Нет, мне не хотелось верить, что дядя мог рассказать Отто тайны нашей семьи. Для этого он был слишком осторожным. Но тогда откуда Рейхвард узнал о моей прапрабабке?

— Доказательств захотела? — Злобно переспросил Отто. — Что ж, хорошо. Дай мне немного времени, и наш дорогой Рольфи получит самые что ни на есть веские доказательства твоего происхождения.

— Ну вот когда найдете их, тогда и поговорим.

Я вскинула голову и развернулась, собираясь уйти, но Отто не позволил, крепко ухватив меня за руку.

— Грозная малышка Софи, — усмехнулся он, и его лицо, как и настроение, неуловимо изменилось. Меня всегда поражала эта особенность бывшего жениха мгновенно менять личины. — Я и забыл, какая ты. Слишком порывистая и непокорная для хорошо воспитанной леди.

Думаешь, я не вижу, что ты боишься? — Насмешливо продолжил Рейхвард. — Ах, этот сладкий запах страха… Он такой возбуждающий. Особенно, когда боится женщина. А ты ведь уже женщина, да, Софи?

Наглый взгляд остановился на моей груди и спустя мгновение поднялся к лицу. А потом по губам Рейхварда зазмеилась понимающая усмешка.

— Нет, — издевательски протянул он, рассматривая мои покрасневшие щеки.