Мой ветер перемен. Часть 1. Если можешь — беги

— А я вас ищу.

— Меня? — переспросила глупо. Нет, не меня, конечно. Всех нас — гостей поместья, Евгению. — Остальные на ферме. Были, по крайней мере.

— Я догадался. Зря Эжени это затеяла. Ферма — не развлекательный аттракцион.

— Её попросили.

— Кто — профессор? Гавольд? Или эта самовлюблённая кукла в куриных перьях?

Должно быть, вид у меня сделался удивлённый. Дитмар рассмеялся:

— Вы правы, я не должен так отзываться о гостье. Но Ливия Этелли успела надоесть всем до зубовного скрежета. Будь моя воля, превратил бы её в статую.

Неподвижная и немая она в самом деле хороша.

Я невольно хмыкнула. Хотя мне было совсем не смешно.

— А вы в самом деле можете? Превратить человека в статую.

Дитмар посерьёзнел:

— Вижу, визит на ферму вас по-настоящему расстроил. Держать в клетках существ, наделённых разумом — в наше гуманное время это выглядит варварством. Но ликантропы опасны, потому что их разум подчинён инстинктам. Настолько опасны, что в прежние времена люди их попросту убивали, а магнетики отнимали всю кровь до последней капли, то есть убивали тоже.

Сейчас оборотням даётся шанс жить... и быть полезными. Нам нужны кристаллы, Верити. Без них континент скатится в каменный век. Если бы «Ночное зеркало» могло оправдать возлагаемые на него надежды...

Глубоко в недрах запертого дома раздался ещё один хриплый протяжный звук — то ли рык, то ли стон.

Я не смогла сдержать дрожь.

— Это не ликантропы, — мягко сказал Дитмар. — Это обезьяны для оргаматов Эжени.

Он вгляделся мне в лицо.

— Вот что. Давайте-ка уйдём отсюда. Хотите немного света? Оп-ля!

Дитмар подбросил что-то в воздух, и оно жёлто засияло, трепеща крылышками, будто маленькая летучая лампочка.

— Что это?

Он улыбнулся и щёлкнул пальцами. В ответ в густой тени деревьев зажглись огненные точки — одна, другая, третья... Пять магических светляков устремились на помощь своему собрату, висящему над дорожкой в нескольких шагах от нас. Мы шли, а стайка послушных огней летела впереди, освещая тропинку и рассеивая окружающий мрак.

— Они живые?

— И да, и нет. Вы правда хотите знать?

— Не уверена, — малодушно призналась я.

После фермы оборотней и обезьяньего дома Евгении раскрывать магнетические секреты Карассисов было боязно.

— Это бионические устройства, — объяснил Дитмар, — то есть созданные по образу творений природы. В данном случае механические детали соединены с живыми тканями, но мы вырастили их искусственно, жукам крылья не отрывали.