Мой ветер перемен. Часть 1. Если можешь — беги

А там выйдем и на адвокатскую контору, назначенную распоряжаться имуществом покойного. Или вы сэкономите нам силы и расскажите всё сами.

Может быть, он прав. Сьер Б. К. строго-настрого запретил иметь дело с полицией. Но какой теперь прок в его запретах?

— Я мало что знаю. Бумаги о вступлении в права наследования, которые мне дали подписать, заверил сьер Хаусворт. Кажется, вверху на бланках было название конторы, но я не обратила на него внимания.

— Я бы взглянул на эти бумаги.

— Сьер Хаусворт забрал их, чтобы оформить всё, как полагается, потом передал мне документы на дом.

— Бертран Конрад оставил вам не только дом, но и кругленькую сумму в банке. Вы можете объяснить причины подобной щедрости?

— Он мой двоюродный дед. Мне сказали, у него нет других наследников... Почему вы спрашиваете о наследстве? Какое отношение это имеет к оборотням? Вы ведь их разыскиваете?

— Потому что всё в этой истории крутится вокруг вас, дамзель. И я должен знать, что вы такое. Почему профессор Барро уехал от Карассисов раньше других?

Неожиданная перемена темы сбила с толку.

— Он меня оскорбил. Его попросили покинуть поместье.

— Что произошло? Расскажите подробно.

— Мне неприятно об этом вспоминать. И это не имеет отношения к нападению.

Я едва успела договорить. Инспектор вдруг подался вперёд, глаза его, без того красные, налились кровью, лицо потемнело.

— Здесь я решаю, что имеет отношение к делу, а что нет! — гаркнул он сиплым низким голосом. — Сегодня погиб человек, и я чую, что он погиб из-за тебя! Ты расскажешь мне всё здесь и сейчас, чёртова маленькая лгунья!

Папироса выпала из его рта.

— Не смейте так со мной говорить. Я никому не сделала ничего плохого, — голос прозвучал жалко, плаксиво. — А этот лихач носится тут не первый день. Я же сказала вам, меня чуть не сби...

— Хватит врать! — казалось, инспектор сейчас вцепится мне в горло.

Стиснуть зубы, зажмуриться, сжаться в комочек.

— Я не лгу! Я всегда говорю только правду, даже себе во вред. Иначе не могу! Это болезнь, психическое отклонение. Из-за него мне пришлось уехать из дома, из-за него я не общаюсь с людьми... Возможно, мой случай уникален, я читала книги по психиатрии, и там нет ничего подобного. Но видят тривечные, это не повод открывать на меня охоту — оборотням, мажисьерам, кому бы то ни было.