Опаленные души. Часть четвертая: Потерянный ученый

думаю можно встретиться в субботу и...

– В субботу я не смогу, – мгновенно оборвала разговор доктор. – Я буду... занята, – запнулась женщина.

В коридоре снова повисла тягучая тишина. Через несколько секунд, доктор немного пришла в себя и с треском захлопнула саквояж. Это вывело Медину из задумчивости.

– Тогда я поговорю с ними о другой встрече, – легко согласилась женщина. – Если вы не против, конечно? – с легкой неловкостью спросила медведица.

Женщина только молча отмахнулась.

– Обычные условия. Двусторонний договор о неразглашении и место встречи назначаю я, – отвлеченно сказала женщина.

Ей и прошлой облавы хватило. Удивительно, скольким людям на самом деле плевать на своих детей и совершенно не плевать на деньги, за передачу “опасного, преступного ученого”. Преступного ученого, единственная цель которого вылечить огненное безумие.

Да за ней, как за профессиональным взломщиком, меньше охотились. Можно даже сказать, вообще бы не охотились, если бы не один случай.

Ха! Эти ублюдки могут хоть демонов вызывать... они никогда больше не увидят свои крайне ценные книги. Все равно большая часть оказалась мусором, зря заполняющим полки.

– Значит по почте, как обычно? – тихо спросила Медина.

Доктор задумчиво кивнула, после чего снова посмотрела на запертую дверь. С самого начала, из глубин комнаты не доносилось не звука.

– Я... полагаю, что лучше повторять регулярные проверки, – наконец сказала женщина.

Потому что, видит Судьба, когда она имела дело с детьми, все всегда заканчивалось плохо. Она просто не умела говорить с ними, не причиняя им боль. Многие культуры утверждали, что дети чувствуют людей куда лучше, чем взрослые... возможно они чувствовали что-то...

Это уже неважно. И не имеет никакого значения.

– Я поговорю с ним, док, – донесся до женщины потеплевший голос. – Тайрон знает, что вы волнуетесь о его здоровье. Он просто... больше не хочет думать о плохом, – грустно улыбнулась Медина.

Доктор недовольно нахмурилась. Волнуется ли она? Нет, Медина горько ошибается... многие из родителей обреченных детей печально ошибались на счет нелюдимого доктора. В отличие от детей, которые всегда знали лучше. Она просто проводит эксперимент. Для ее исследования. Это все, что ее волнует... всегда волновало.

– Ну что ж, тогда пропустим сегодняшнюю проверку, – сухо сказала женщина, поднимая саквояж.