Мечта для ликана

Но как найти бастарда? Это мог быть кто угодно, а отец Хенрика де Тиаля скончался много лет назад, даже очевидцев осталось мало. Очевидцев... Карет задумчиво побарабанил по столешнице: Далия явно намекнула на то, что настоящим убийцей детей был брат де Тиаля, а по реакции того было понятно, что это правда. Верховный паладин сам себя выдал, как видно, не ожидал от кроткой овечки Шенор такого выпада.

Карет усмехнулся и продолжил размышлять: этот брат должен был жить семьдесят лет назад и умереть во время заключения Далии.

Даже раньше, ведь она сказала, что это было давно. После некоторых размышлений Карет исключил последние два десятилетия, осталось окно в полвека. За эти полвека умер мужчина, который был братом Хенрика де Тиаля и убийцей нескольких детей. Это должен был быть неглупый человек. Или даже не человек: неизвестно, от кого отец де Тиаля нагулял второго сына.

«Что ж, — подумал Карет, — мне будет чем занять себя. Я найду его, я вам это обещаю»

***

— Далеко идешь, сосед? — прозвучало за спиной у Деля, и он быстро обернулся, потому что мгновенно узнал этот голос.

— Давно не виделись, Ардес. Решил вернуться?

— А может, я и не уходил? — со своей извечной насмешкой поинтересовался Ардес: за прошедшие года он не изменился — что бессмертному ликану семь лет? Облокотившись об ограду чужого дома, он поглядывал на Деля с любопытством и подозрением. Они с Леном и Милой знали, что Ардес исчез как раз перед самой осадой, утром в день собрания, и больше не возвращался.

— Может, ты ушел

позже

, чем думали все?

— Хм, а ты умнее, чем я думал. Или это твой остроносый друг, а, сосед? — из голоса Ардеса пропала вся веселость, после намека Деля. Ликану явно не понравилось, что о его делах узнали другие.

— Мы давно не соседи.

— Да, ты ведь сейчас живешь с магичкой. И как?

— Тебя не касается. — Как бы ни старался Дель сдерживаться, но не прошло и двух минут разговора с Ардесом, как тот уже вывел его из себя.

Даже Хенрик так не раздражал его — он ревновал и злился, — а бывший сосед всегда умел лишить спокойствия и невозмутимости от природы миролюбивого Деля.

— Любишь ее? — внезапно незадиристо спросил Ардес. В его голосе слышалась лишь печаль и понимание, поэтому Дель ответил правду:

— Люблю.

— Тогда береги ее.