Аврора. Ночь сменяет день

И я чувствую, что они будут роиться в голове и нарушать покой, пока я их не запишу, пока мы на все не ответим… Кто знает, Ватсон, кто знает?..

Она задумалась вполне серьезно, а я все не понимала, что еще за ватсон.

— Мне стыдно, что тебе пришлось утешать меня.

— Это долг друзей, Тиль.

— Я систематизирую все, что мы знаем. И мы найдем ответы на все вопросы.

— Как ты будешь это делать? — поинтересовалась Ро.

— Спрашивать. Тебя, Фарра, Кастеллета, Седрика, Гэрроу, Гупо… Пусть оправдывают звание «учителей»… — я усмехнулась.

— Помнишь, Таурон сказал, что я позорю род друидов? Теперь я знаю, почему. Потому что «мир говорит с друидом», а я… была уверена, что слушаю, но…

Я понурила голову. Ро снова привлекла меня к себе и обняла.

— Мы просто живем, Тиль. И всю жизнь учимся, как это делать. Это нормально. Честно.

Я тоже ее обняла. Как я была права, я чувствовала… она настоящая, после встречи с ней моя жизнь изменится, и… опасности уже не будут иметь такого значения.

— Мама говорила: «если ты слышишь мир, он услышит тебя».

Это ведь так просто, Ро. Так просто… А мне казалось сложным, как… как поговорить с кленом.

Ро отстранилась. В ее глазах плескалось восхищение.

— Ты… научилась говорить с деревьями?!

— Ну… немножко. Чак… научил.

Аврора выгнула бровь.

— Он что-то говорил, что умеет…

— Я пока не очень. Но принцип все тот же… Вот сойдем на землю — попрактикуюсь. А пока спрошу сирен. Про корабль и вообще.

Глава 5. О людях за бортом, воздушных атаках и бунте на корабле

Море Белого Шепота, четвертое орботто.

— Чтобы спросить сирен, тебе придется снять вот это, — ткнула Ро пальцем в мою голубенькую охранку, что наполовину спряталась под ворот рубашки и приятно холодила грудь.

Я вспомнила ночных мотыльков, которые что-то пытались вякать, но в целом не казались страшными, и решительно взялась за кожаный ремешок.

— Да не проблема!

А Ро вздохнула и задумчиво прикоснулась к своей.

— Ты знаешь… это ведь почти все равно, что раздеться публично.

Моя рука замерла. Что, простите?.

.

— Ты о чем?

— Все увидят, какие страхи мы скрываем. Они расскажут… настоящую правду о… о нас. А Фарр придумал… чтобы я каждому устраивала сеанс психотерапии, ха!

Я отстраненно заметила, что на небе понемногу появляются раздутые кучерявые облака, а море начинает будто волноваться. Так… белой пеной дыбятся волны. Хотя, может, им положено — в море Белого Шепота.

— Какой сеанс?..

— Копаться в их страхах. Учить с ними бороться. И для наглядности — демонстрировать свои.