Проклятье Полоза

Они неохотно пропускали спешащую на зов путницу, словно пытались её предупредить, но Рена неуклонно следовала за голосом, не замечая возникающих преград. Все её мысли и сомнения куда-то испарились, уступая навязчивому наваждению. Она спешила, нервно продираясь сквозь густой лапник. Зовущий был явно не терпелив, подгоняя её, и вознегодовал, заметив промедление. Отодвинув очередную лапу, Рена наткнулась на новую, а за ней ещё одну и никакого прохода. Она дёрнулась в сторону… и кто-то схватил её за руку.

— Вы куда? — Голос Марселу оказался подобен раскату грома.

Рена моргнула и с удивлением замерла на месте.

— Не знаю, — тяжело дыша ответила она.

Оглядевшись по сторонам, Рена никак не могла понять, как очутилась здесь. Почему она стоит в сердце густого лапника, где нет даже намёка на тропу, а впереди только раскидистые колючие ветви. Она же должна была идти за Дамианом! Но где же он?

— Вы потеряли тропу? — мягко спросил Марселу, и его слова вызвали у Рены чувство стыда.

Почему с ней вечно какие-то неприятности?! Напрасно напрягая память, она уловила лишь нечто смутное, почти иллюзорное и прошептала:

— Кажется, меня кто-то звал…

— Звал? — удивился Марселу, подозрительно оглядываясь.

— Но здесь тихо, как в гробу!

Рена застыла на миг, прислушиваясь, и ощутила, как краска приливает к лицу.

— Мне… почудилось, — чуть заикаясь, произнесла она.

Они вернулись на тропинку, где их терпеливо дожидался Дамиан. Марселу так и держал её за рукав плаща, пока они выбирались, и весьма неохотно отпустил, когда вновь тронулись в путь.

Рена не переставала думать о случившемся. Она никак не могла вспомнить, что же именно заставило её сойти с тропы. Это тяготило и тревожило. Возможно ли, что её и вправду кто-то звал? Но тогда, почему никто более этого не слышал?! Рена помотала головой, надеясь восстановить рассудок. От непонимания уже болела голова. «Надо просто думать о дороге!» — сказала она себе и уставилась на серый с отливом плащ идущего впереди Дамиана. Рена смотрела на то, как, колыхаясь, задевали полы плаща короткие нижние ветви, как подметали хвою на сухой подстилке, когда случалось наклоняться и пролезать через мохнатые дебри, как мерно качались в такт шагам.

— Рена-с-с-с… — Прозвучало издалека, несмело и неуверенно, будто кто-то только пробовал свои силы.

Рена вздрогнула, тревожная волна нахлынула на неё, заставляя замедлить шаг. Её взгляд скользнул по тропе, подмечая иссохшие иглы, корявые мелкие ветви и темнеющие пятна перегноя.