Законный брак

— К господину секретарю, — улыбнулась я, но бездушный чурбан даже не дрогнул.

— Вы записаны?

— Нет, но уверена, что господин Поул меня примет.

— Прием только по записи, — отрезал чиновник, склонился над книгой, и его перо снова заскрипело по бумаге.

— Доложите господину секретарю, что пришла госпожа Дерт, — не отступала я.

— Не могу. Прием только по записи, — уперся служащий.

Я бросила взгляд на табличку, стоящую на конторке, и мягко попросила:

— Послушайте, господин Эберли, вы ведь можете оказать мне услугу?

Зажатая в моей руке мелкая монета перекочевала на стол и тут же исчезла, прихлопнутая толстой ладонью чиновника, а я постаралась применить свою магию убеждения.

— Мне очень нужно увидеть господина секретаря, — попросила, не отрывая взгляда от блестящей лысины служащего.

— Хорошо, — не поднимая головы, произнес тот. — Займите очередь перед кабинетом и ждите. Как только пройдут все, кто записывался, вы сможете попасть на прием.

Перо заскрипело с удвоенной силой.

— Благодарю, господин Эберли, — улыбнулась в ответ и направилась к кабинету Поула.

Городской совет занимал три этажа большого особняка, построенного архитектором Бернсом. К слову, Бернсом было построено не только здание совета. Он спроектировал большинство общественных учреждений в Уэстене: полицейскую управу, железнодорожный вокзал, мужскую гимназию и реальное училище. А еще — дома самых известных городских богачей — Кейнов, Рочеров, Барри и Стаксов.

Я поднималась по лестнице, вспоминая, как приходила сюда с отцом.

Я поднялась на второй этаж и свернула направо, к кабинету Поула, перед которым толпились посетители. Навскидку насчитала шесть человек. Это ж сколько мне ждать придется?

Я подошла к скамье и села на свободное место рядом с ветхой старушкой в черном платье и старомодном кружевном чепце.

— Вы тоже к господину секретарю? — тут же повернулась ко мне пожилая дама. — Так и я уже второй день хожу, — не дожидаясь ответа, зачастила она. — Сынок мой, Уиллар, скончался в прошлом месяце, вот, надеюсь пенсию получить. Он ведь у меня единственным кормильцем был.

Она достала из видавшей виды сумочки платок и утерла им глаза, а потом громко высморкалась и уставилась на меня беспокойным ищущим взглядом. Однажды я уже видела такой. У мамы.