Сказки Пятиречья

- Они меня обзыва-а-али, - по-своему истолковала его взгляд Тюлли. – Сказали, что я страшная и что у меня отец урланг.

- А это правда? – осторожно спросил Фергюс.

- Неправда! – снова захныкала Тюлли, размазывая по лицу слезы и чернильные пятна. – Нет у меня ни отца, ни матери-и-и!

- Ну тише, тише, - притянул ее к себе Фергюс. Прижатая к его груди, Тюлли захныкала куда глуше. – Ребята просто пошутили.

- А еще они сказали, что я глупая! – прогудела она, уткнувшись носом в его рубашку.

- Не слушай никого. Ты не глупая, просто ты… ты еще маленькая.

Вот повзрослеешь, станешь умнее их всех.

- Правда? – с надеждой посмотрела на него Тюлли.

- Правда, - улыбнулся Фергюс, глядя в ее большие, непривычно темные глаза. – А еще ты очень красивая.

Он погладил ее по щеке, вытирая слезы большим пальцем. Кожа у нее была мягкой и нежной, как у ребенка. Кто знает, может, она и правда была ребенком? Просто тот, кто ее создал, не стал возиться с взрослением, и сразу поселил душу в созревшее тело. Фергюс поправил ей воротник, отряхнул платье от пыли.

Тюлли уже не плакала, только громко шмыгала носом. Пришлось отдать ей платок.

Обратно они шли медленно, тесно прижавшись друг другу. Правда, маг предпочел бы поторопиться, так как он был очень голоден. Но Тюлли висела на нем, намертво вцепившись в рукав.

- Где вы были? – грозно спросил их Атуан, возвышаясь над парочкой на добрых полметра: он и так был выше Фергюса, а тут еще и крутые ступеньки крыльца помогали. Да и лицо у Атуана природой было замечательно приспособлено для страшных выражений.

Суровый взгляд сверху вниз и сложенные на груди руки произвели на Тюлли неизгладимое впечатление. Она снова всхлипнула и принялась реветь, обхватив Фергюса обеими руками.

- Что ты с ней сделал? – одними губами прошептал Атуан, грозовой тучей надвигаясь на мага.

- Ничего, - подчеркнуто сдержанно ответил маг, намекая, что полуэльв мог бы быть и повежливее с окружающими.

- Она вся в грязи, платье изорвано, лицо заплаканное. Ты уверен, что ничего не хочешь объяснить? – Атуан принялся закатывать рукава.

- Знаешь, что, друг любезный, - начал Фергюс, закипая, - следил бы лучше за своей… доченькой, и никто бы ее в слезах и соплях домой не приводил. Между прочим, я в няньки ей не нанимался. На вот, наслаждайся дитятком.

Фергюс грубо взял Тюлли за плечи, оторвал от себя и толкнул в руки Атуану, а потом широким шагом скрылся в доме, по пути толкнув полуэльва плечом. Оскорбленная в лучших чувствах, Тюлли снова зарыдала в голос.