Сказки Пятиречья

Искать ночлег на ночь глядя не советую. Полуэльвов некоторые из местных все еще не любят, можно нарваться на неприятности, а девушке сейчас нужен покой, а не склоки.

Сайлус помог Тюлли слезть со стола и усадил ее на стул. Хозяйка тут же чисто вымыла стол и накрыла скатертью.

- Ужинать будете? - широко улыбнулась она, глядя на Атуана.

- Да, не отказались бы, - с заминкой выдал он, удивленный ее доброжелательностью.

- Кушай, мой хороший, кушай, - приговаривала она, наглаживая Атуана по спине. Это несколько смущало полуэльва, и как раз-таки кушать в таких условиях ему было довольно неуютно.

Фергюс и Илиган косились на него и посмеивались, Тюлли клевала носом, а господин Сайлус внимательно всех разглядывал, потягивая дивное вино, вынесенное им из погреба: видно, наследие винной лавки, которой раньше был этот дом.

- Сколько тебе лет? – спросил Атуана лекарь.

- Двадцать восемь, - слегка настороженно ответил ему полуэльв. Сайлус и его жена переглянулись.

- А кто твои родители? Откуда ты родом? – продолжал допытываться эльв.

- Я из Тэллы. Мама, кажется, была полукровкой, а отец, скорее всего, эльвом.

- Скорее всего? – переспросил лекарь.

- Она так сказала дяде Марку, когда еще была жива, - пояснил Атуан. Хозяева снова переглянулись.

- Марк – Серебряный Дракон? – уточнила женщина.

- А вы его знаете? – удивился Атуан, не донеся ложку до рта.

- Знаем, - коротко ответил лекарь. – Встречались много лет назад. Зрение к нему так и не вернулось?

- Нет, - покачал головой полуэльв. В этот момент в комнату, позевывая, вошла еще одна женщина, направляясь в сторону кухни.

В руках у нее был пустой кувшин, который она, по всей видимости, собиралась вымыть. Мельком оглянув гостей, она остановилась взглядом на Атуане, побледнела и выронила кувшин, который тут же ударился об пол и раскололся, расплескав остатки чего-то молочного.

- Эйри, доченька, успокойся, это не он! – кинулась к ней хозяйка. Но у «доченьки» на этот счет были какие-то другие соображения. Перешагнув через остатки кувшина, она уверенными движениями приблизилась к Атуану, взяла его за подбородок и всмотрелась в лицо.

Эйри создавала впечатление властной, уверенной в себе женщины с несчастливой судьбой. Лицо ее было строгим, фигурой она пошла скорее в отца, чем в мать, и была довольно стройной для эльвеллы. Хотя, толстенная коса ей досталась явно от матери. Атуану было неприятно ее требовательное внимание: почему-то его коробило, что женщина позволяет себе так с ним обращаться.