Давай сыграем в любовь

Не спорю, что они подходили друг другу: оба слишком красивые и такие же глупые… после бала, где они имели неосторожность протанцевать три танца подряд, их обнаружили в спальне у кронпринца, причем девица была не совсем одета. Вернее, она была совсем раздета. Обнаженная! Леопольд, кстати, тоже… Скандал удалось замять с трудом. Молодую Ольшанску одарили приданным из казны, срочно выдали замуж и отправили восвояси, а матери пожаловали место статс-дамы. После чего поток юных девушек, желающих получить должность фрейлины, возрос.

– Надеюсь, казна не разорена? – ехидно осведомилась девушка.

– Нет, но это было одной из причин, по которым кронпринцу начали подыскивать невесту.

– Какая прелесть! – восхитилась Амалия. – И после этого графиня пытается учить меня манерам, ссылаясь на желания покойной императрицы!

Баронесса задумчиво постучала пальцами по столу:

– Не понимаю, почему Анна выбрала именно Ольшанску… Полагаю, ей лишь был дан приказ сопроводить вас до дворца, но пользуясь неразберихой, эта змея приписала себе воображаемые поручения.

К сожалению, такие распоряжения отдаются лишь устно, их нельзя проверить, поэтому при первой же возможности отправьте её в отставку!

– Боюсь, это трудно сделать, тем более что фрейлины её поддерживают…

– Кто именно?

Амалия с трудом вспомнила и назвала имена. Баронесса хмыкнула:

– Разумеется они будут ее поддерживать, ведь все девушки приходятся Ольшански дальними родственницами! Вы не знали?

– Я предполагала подобное… как я понимаю, эти девицы приложат все силы, чтобы привлечь к себе внимание императора, и его свадьба им не помеха?

Баронесса довольно хмыкнула:

– Мне нравится ход ваших мыслей.

Да, не женой, так любовницей… О, не надо так краснеть, словно вам неловко об этом слышать! Насколько я знаю, ваши родители не слишком скрывали свои связи!

– Нас воспитывала гувернантка, – возразила Амалия. Баронесса презрительно скривилась:

– Наверняка старая дева, у которой само слово «любовь» вызывало оторопь?

– Как вы догадались? – усмехнулась девушка, вспомнив свою суровую наставницу.

– Я слишком давно живу на этом свете. Но вернемся к дворцовым интригам, о которых вы должны знать, поскольку наверняка скоро мы услышим о бастардах Его Высочества Леопольда…

– Он был так неразборчив?

– Он был слишком избалован и полагал, что ему доступно все…

Внезапно их прервал оглушительный орудийный залп. Стекла в окнах задребезжали.