Вилена и Велард. Сказ о волках

А ещё через день Ника гордо расхаживала в новой меховой накидке, а парень сиял, как бока начищенной кастрюли – Ника приняла его предложение и согласилась стать женой.

Кирин добродушно ворчал по поводу вечно спешащих молодых, Велард заявил, что заметил интерес парня к Нике ещё когда адальфины впервые полезли на стену, а я только диву давалась, как просто семейные и сердечные дела решаются у эдельвульфов. Не у всех получается найти своё счастье, и не всем везёт с семьёй, как тем же Верке и Берте, но всё же.

Через полтора месяца Леон ворвался в кабинет Веларда, где мы с ним в это время сидели, и с сумасшедшими глазами заявил, что у него родилась дочка.

Лекарь метнулся к шкафу, не глядя, схватил какую-то бутылку, отхлебнул прямо из горла и, сунув бутыль на место, умчался. Мой вопрос, не нужна ли помощь, как и поздравления Веларда, никто не услышал.

В лабораторию, где лекарь обустроил детский уголок и куда практически переехал жить, Леон никого не пускал. В собственных покоях он затеял грандиозный ремонт, готовя их к заселению дочери.

Я с тайным облегчением смотрела, как из замка выносят выцветшие потрёпанные пыльные шторы и скамеечки для ног, которые разваливались на ходу.

Молоком делились адальфины, принося бутылочки к дверям лекарского крыла, и ждали, когда же Леон покажет малышку стае и спросит, кто согласен стать матерью. Но лекарь пошёл против традиций и не стал искать мачеху для дочери. Сам носился с малышкой круглые сутки, и я слышала, как он шептал ей, что её мать была достойной женщиной, очень красивой и благородной, и он никогда не забудет того, что она подарила ему такую чудесную малышку.

Девушку похоронили по волчьим законам, в лесу под пушистой сосной. Её родителям Леон всё-таки всё рассказал и покаялся, они пришли на похороны, но, едва взглянув на ребёнка, отказались от малышки. Сказали, что это волчье дитя, а не кровинушка их девочки. Леон облегченно выдохнул и пообещал позаботиться о ребёнке.

А несколько дней спустя Велард меня удивил.

Утром преподнёс мне коробку, в которой оказалось ярко-красное, невероятно смелое платье с открытой спиной. Ничего не объясняя, попросил надеть его и взять накидку, потому что на улице моросил дождь. Сам выбрал строгий костюм, в котором выглядел еще внушительнее. На вопросы, что случилось и куда мы собираемся, он не ответил, только загадочно улыбнулся. На руках вынес меня во двор, усадил в закрытую карету и всю дорогу молчал. А я извелась от любопытства.