Чудовище для принца

Хорошо, хоть я подслушала! Прикрыла глаза и стала решать вопрос, с кем поделиться услышанным? Что-то говорить Леонелю в этом состоянии бесполезно. Поэтому решила рискнуть и поспешила к его величеству.

Король все также сидел за столом, перебирая документы и ставя на одних свою размашистую подпись, другие отправляя в мусорную корзину, стоящую рядом. Завидев меня на пороге, удивленно вскинул брови и спросил:

- Ты еще что-то вспомнила?

- Нет, - я отрицательно покачала головой.

– Но вы могли бы уделить мне еще пять минут?

- Если это что-то важное…

Я не дала ему договорить, боясь, что меня вежливо попросят из кабинета:

- Это касается Леонеля!

- Я слушаю, - мужчина кивнул головой и внимательно посмотрел на меня.

- К нему пришла принцесса Анна! – выпалила я как на духу.

- Замечательно!- лицо Симбериуса расплылось в улыбке. – Значит не все так безнадежно, как сын думает.

- Там совсем не безнадежно, - отмахнулась я. А затем сильно покраснела (или пожелтела?) и, выдохнув, сказала:

- В общем, я подслушала их разговор!

Улыбка короля стала шире, а глаза лукаво заблестели:

- И о чем шептались наши голубки?

- Дело не в этом,- пришла моя очередь хмуриться.

– Откуда она узнала, что он болеет, если вы всем приказали молчать? Все-таки не так прост ее отец.

- Во-первых, Арха нет в замке второй день. Он уехал домой по срочным делам. И то, что бестолковый мальчишка так глупо попался, он не знает.

Во-вторых, мы с ним практически вместе выросли. Он бы не стал вредить моему сыну, - ответ мужчины прозвучал очень серьезно. Я бы даже сказала, что несколько угрожающе, словно это я была виновницей всех бед. – Но вот тот факт, что о недомогании принца узнала Анна, меня настораживает. Спасибо, что поставила меня в известность.

Затем он усмехнулся, посмотрел мне в глаза и четко произнес:

- Обещаю, что никому не расскажу про наш с тобой маленький секрет!

Я поняла, что мое дальнейшее подслушивание и подглядывание за принцем благословили.

Понятно, что это касалось лишь отношений с принцессой, а не государственных тайн. Леонель мальчик большой и вряд ли что рассказывал отцу. А какой родитель не переживает за своего ребенка?

С этими мыслями я пошла к себе. Что мне оставалось делать? Только дальше изучать великий труд и приближать свое самое горькое поражение в жизни.