Рассвет после

Сейчас, когда опасность миновала и здоровью Луизы ничего не угрожало, он раздраженно думал, как позволил своей магии управлять собой. Джеймс сказал Арабелле правду. Несмотря на все обуреваемые чувства к Луизе, граф не доверял француженке, и на то было много причин. Одна из них – метка дьявола. А еще был Гарри. Старый добрый Гарри. Его учитель мог бы стать отличным прокурором, а решил остаться простым сыщиком. Потому что терпеть не мог кабинеты, как он говорил.

В холле госпиталя Джеймса ждал маркиз Стэнли. Друг сидел на стуле, понуро опустив голову.

– Вильям, я хочу похоронить Гарри с почестями, какие он заслужил, а еще мы должны выяснить, что случилось на самом деле. Не верю я в простое столкновение.

– А его и не было. Я только что разговаривал с доктором Робертом. Он сказал, что в круп лошади, которая везла карету с Гарри и твоей парой, вкололи здоровенную иглу.

– Уже что-то, я хочу видеть проклятую иглу завтра у себя на столе в кабинете.

Маркиз Стэнли кивнул.

– Клянусь, мы найдем убийцу Тейлора! Вильям, я сейчас отправляюсь к жене Гарри. Считаю своим долгом самому сообщить миссис Элизабет… Потом хочу отправиться в мастерскую создателей. Может, они смогут что-то придумать для аристократок. Ну, не знаю, что-то такое, что поможет им не подчиняться чужой воле. А ты займись списком убедителей, о котором мы разговаривали утром.

Искатели разошлись в разные стороны. Маркиз отправился на место трагедии, а Джеймс – к миссис Тейлор.

Женщина долго плакала на плече графа Хертфорда. Сначала она упала в обморок, и пришлось приводить ее в чувство нюхательными солями. Потом Джеймс заставил несчастную женщину принять успокоительное, а затем поклялся сделать все, чтобы найти убийцу.

Искатели были отличными сыщиками, как и преступниками: первые найдут кого угодно, а вторых можно вечно искать.

С тяжелым сердцем Джеймс выходил из дома Гарри. Воспоминания о сыщике пронеслись в голове графа, пока он ехал в мастерскую создателей.

Карета остановилась возле старинного готического здания, будто украшенного остроконечными башенками. Графу пришлось прервать рассуждения и выйти на улицу под мелкий дождь.

Если женщин-чтецов брали на работу лишь секретными агентами, то чаще всего их «подкладывали» под иностранных министров для получения сведений.