Федерация Объединённых Миров. Бонусы

— Аппарат Управления был бы доволен, следующим шагом они бы расширили действие закона на всех граждан…

— Нет. — Она отрицательно покачала головой. — Если бы я прореагировала резко «за» и выразила восторг по этому поводу от лица женщин Цварга, это взбесило бы консервативно настроенных граждан и они ещё активнее стали бы вставлять палки в колёса АУЦ! Посыпались бы обвинения в растлении молодежи, в том, что правительство способствует сокращению рождаемости, и много-много в чём. Вся ситуация осложняется тем, что если говорить логически, — она сделала паузу, подчеркивая это слово, — то они правы.

Любая контрацепция снижает рождаемость.

— Но… неужели вы против?! — изумился де Ру.

Он сам считал закон шагом вперёд, потому что раньше у женщин выбора не было, а теперь он появился.

— Но это не учитывает психологического аспекта, — закончила мысль Элен, подняв указательный палец. — Мы не скот, чтобы нас размножали, и природа это показывает из поколения в поколение. Я сама не генетик, но я уверена, что всё это — и низкая рождаемость, и перекосы в сторону появления мальчиков — не просто так.

И да, я считаю контрацептивы благом.

— Тогда почему вы не сказали, что закон — зло?

— Потому что в таком случае ко мне прислушались бы женщины и из опаски или суеверий не стали бы пользоваться контрацепцией. А это ещё хуже, если физически доступ у них будет, но они не смогут использовать средства предохранения из-за личных предубеждений. Я поступила оптимальным способом — сказала, что мне всё равно.

Консерваторы проглотят это и подумают, что женщины не заинтересованы в контрацепции, производители презервативов и бизнесмены услышат, что мне не понравились смазка и запах. То есть мне не понравился конкретный товар. Благодаря этой записи они поймут, что здесь намечается большой рынок сбыта, и как минимум расширят ассортимент презервативов в аптеках. Понимаете?

— Понимаю, — пробормотал Ирэн, только сейчас осознав, что восхищается цваргиней перед ним.

— А-а-а… ваш муж… господин Фостер? Зачем же вы его так… все пятнадцать минут… — В кои-то веки Ирэну отказало многословие. Вроде бы репортёр, и должен уметь вставить удачную фразу и сформулировать вопрос в любой ситуации, но тут у него не нашлось правильного глагола.

«Унижали»? Да вроде бы не унижала, наоборот, цварга жалко стало. «Жаловались, что он тиранит»? Нет там никакого насилия…

Элен понимающе усмехнулась.

— Я забросила удочку на будущее.