Александра. Превратности судьбы

Теперь мне нужно к себе… Совсем скоро придётся сообщить о смерти барона, так что следует быть “при параде”, точнее, в траурных цветах. Если бы не святой отец, чтобы его господь к себе прибрал, я бы и дальше ходила как есть. Да только правила… Вдова страдать должна.

Я переоделась с трудом, не стала отвлекать Аннет от дел. Спина уже практически не болела, а вот температура… Меня всё так же продолжало лихорадить, хотелось свернуться клубочком и уснуть, но только никак. Пока не могу, вот дождусь вечера.

Пожалев, что у меня нет никакого обезболивающего, я кое-как затянула корсет и надела мягкие домашние туфли.

Криво улыбнувшись своему отражению, поспешила назад. Пора собирать народ на обед.

Только сил хватило дойти до последней ступени, а дальше сознание покинуло меня. Я лишь успела услышать крик Марии:

— Помогите! Миледи плохо!

— Миледи, вы совершенно себя не бережете, — укоризненно заметил врач, когда я пришла в себя. — Такие ранения коварны. Хоть крови вы потеряли мало, но успели занести грязь, отчего раны воспалились.

Я вскрыл и очистил нагноения, а сверху наложил обеззараживающую мазь. Если будете менять повязку регулярно, два-три раза в сутки, то заражение дальше не пойдёт. Но вот шрамы останутся. На лице, к сожалению, тоже.

— Это не столь важно, — отмахнулась я, чувствуя себя намного лучше. — Сколько времени я пробыла без сознания?

— Около часа, — прикинув, ответил врач и хитро улыбнулся. — Уже готовы встать и бежать?

— Не готова, но надо, — усмехнулась я.

— Миледи, даже солдаты не идут сразу в бой, а отлёживаются в лазарете.

И вам бы хоть пару дней, — покачав головой, мужчина не сдержал укоризненного вздоха.

— Обещаю, я ненадолго, — улыбнулась я, радуясь заботе. — Проверю, как устроились люди, и сразу в кровать. А пока… Расскажите мне, много тяжелых пострадавших?

— Если говорить о ранах… Среди женщин не много — трое. И двое детей, у остальных небольшие ссадины, ожоги. Психическое здоровье пострадало сильнее, но я не специалист в этом профиле.

Мужчины ранены серьёзнее. Пятеро лежачих, ранения глубокие, но не опасные. У троих сломаны конечности, но передвигаться вполне в состоянии, как и обслуживать себя. А вот двое… Леди, они не жильцы. Слишком большая кровопотеря, да и состояние их стремительно ухудшается. Миледи, дайте им спокойно умереть, не выгоняйте.

— Вы в своём уме? — оторопела я от возмущения. — Я и не собиралась выгонять. Мужчинам и так жить осталось недолго, пусть умрут в окружении заботы.