Кровавая ария

— Вот мы своими глазами всё и увидим, зря я что ли соглядатая оствляла? — Рика убрала огонёк, который хоть и выглядел эффектно, света почти не давал, и вызвала Таму.

Череп весело покружился вокруг Вила, лизнул призрачным язычком в ухо и после шиканья хозяйки словно бы вздохнул, остепенился и послушно полетел в двух шагах впереди, освещая дорогу.

Запах благовоний коррехидор почувствовал сразу, как только они открыли люк в трюм. Он был тяжёлым, сандалово-сладковатым. Видимо, вчерашней ночью не поскупились на сэнки.

И действительно, в ониксовом стаканчике в камидане их стояла целая горсть.

Чародейка поднялась на цыпочки и принялась щупать рукой бревно, поддерживающее доски сцены. Вил усмехнулся, вспомнив, как приложился о него головой в первый раз, когда они сюда спустились. Зачарованный кусочек сахара за минувшие сутки как-то усох, потемнел и походил скорее на случайно завалившийся под сцену камешек. Рика попросила Вила откупорить бутылку, после чего растёрла соглядатая в маленькой ступке и высыпала в бутылку с вином.

Оттуда раздалось шипение и потянулся странно пахнущий дымок. Девушка прочла над вином соответствующее заклинание, хорошенько потрясла содержимое бутылки и разлила в два бокала, один из которых протянула коррехидору:

— Пейте смело.

Вино из белого превратилось в странно коричневую жижу, пить которую не возникало ни малейшего желания. Вил осторожно понюхал содержимое бокала: пахло жжёным сахаром, плесенью и древесиной.

Рика уже почти поднесла свой бокал к губам.

— Лучше не нюхайте, — посоветовала она, — многие зелья и на запах, и на вкус не очень. Давайте сразу, глотка четыре хватит.

— Постойте, — проговорил Вил, — что будет после?

— Ничего особенного. Просто мы с вами своими глазами увидим то, что происходило здесь вчерашней ночью.

— Не уверен, что жажду стать свидетелем ритуалов с менструальной кровью, — заявил коррехидор.

— Придётся. Речь не идёт о ваших желаниях. Мы не развлекаемся, подглядывая за своими ближними и дальними, а расследуем убийство, — серьёзно произнесла чародейка, — вы должны увидеть то же, что и я.

Потом обсудим и сведём увиденное и запомненное воедино. Только так картина станет более объективной. Кто упоминал намедни о докладе его величеству в пятницу?

Вил устыдился собственной слабости и сделал первый глоток. От белого вина в зелье не осталось ровным счётом ничего, разве что кислый вкус. Весь ароматный тонкий букет был напрочь забит вкусом плесени и влажного дерева.