Десерт с щепоткой магии

— Что, никак твои не смирятся? Может, стоит вернуться, Дален? Ты ведь старшак, хочешь того или нет.

Он предположил, что мой угрюмый и отрешенный вид связан с полученным письмом, а я-то про него и думать забыл. Надо бы, кстати, записать ответ, но черкнуть несколько строк — минутное дело, ведь я уже знал, чтó стану писать.

День выдался суматошный. Не успели парни разойтись на патрулирование, а мы с Джейсом — расправиться с кофе, как повалили просители и жалобщики.

— Соседка держит козу! — доверительно сообщала сухонькая старушка, не по погоде одетая в облезлую шубку, побитую молью.

— Козу, господин дозорник! На балконе! Виданное ли дело!

Я кивал и притворялся, что веду запись на бланке. Старушку эту хорошо знали во всех близлежащих участках района. Кажется, она искренне считала, что выполняет за нас нашу работу, собирая сплетни и домыслы, половина из которых оказывалась чистым вымыслом, а другая половина и яйца выеденного не стоила.

— Мы обязательно проверим, госпожа Шмиль. Спасибо за бдительность.

На освободившийся стул немедленно опустился местный лавочник с жалобой на шайку беспризорников, которые повадились таскать овощи с лотков. Лавочника сменила женщина со спящим младенцем на руках.

— Украли кошелек! Негодяи! И как рука у них не отсохла! Вышла из дома за молоком, пришла в лавку — а в кармане-то его и нет!

— Сумеете подробно пересказать все события утра? С кем сталкивались по дороге? Разговаривали? Если не помните, я могу предложить мнемосферу.

— Давайте! — махнула она рукой.

— Я сегодня себя не помню, не то что утренние события. Эта картофелина, которая сейчас так мирно сопит, всю ночь мне спать не давала.

Я вытащил из ящика стола старенькую мнемосферу: мутное стекло покрывала паутинка трещин. Сколько раз я говорил начальству, что оборудование у нас в участке просто курам на смех — разваливается от старости. Хоть сам иди и покупай себе инвентарь.

Женщина положила ладонь на сферу — внутри заклубился сизый дым, постепенно приобретающий очертания предметов и людей.

Мы вместе с молодой матерью наблюдали, как она заворачивает пищащую малышку в шаль, как хватает корзину и кошелек, но, отвлекшись на ребенка, кладет кошелек на кухонный стол и выходит из дома.

— Ой! — воскликнула она, краснея. — Простите великодушно, господин дозорник. Кажется, я ввела вас в заблуждение!

Я был только рад, что «кража» объяснилась недоразумением: меньше бумаг заполнять. Лучше бы я сегодня был в патруле, ненавижу бумажную волокиту.